Эти слова выбили меня из своей колеи: теперь Павел Николаевич мне ничуть не напоминал отца. Я не припоминаю у своего папы столько сарказма в словах. Но меня это рассмешило, несмотря на абсурдность.
— Нет спасибо, этого мне тоже не надо. И вообще-то у меня другой склад воспитания: меня учили сближаться с человеком по истине близко только после свадьбы.
Теперь я уже смеющимися глазами смотрела на шефа, но это был первый и последний раз, когда я с ним спорила, потому что после этого дня я поняла — это бесполезно, шеф мог обогнуть любого, даже меня.
— Теперь ты, Юль, не найдёшь таких парней, которые с тобой сблизятся только после свадьбы, ну а если всё же найдёшь такого, то приглашай на свадьбу. А я лезгинку в знак проигрыша станцую.
Хоть я и чувствовала, что проиграла, на душе не было ни капли обиды. Мужчина снова достал из стола протокол, на котором то и дело было написано 1.1, 1.2, 5.6. Я, уже тогда увидев его, поняла, что прочитать мне всё это не получиться. Однако я ещё не знала, что огонь, который проснется во мне, заставить сделать и не такое.
Павел Николаевич снова сел в загадочную позу и посмотрев, как будто сквозь меня, и развеял тишину
— Юль я же забыл главное рассказать, а точнее решил оставить на ""десерт"", — эти слова заставили меня оторваться от протокола и посмотреть на шефа.
— У нас в центре заключается контракт с человеком, которым ты будешь работать год, но если я захочу, то и более. Обычно я так и делаю, пока кто-то не уйдёт
— О чём вы? — я всё так же не понимала загадочного выражения лица своего начальника и в уже немного потускневших глазах от возраста, но с искрами загадочности и в какой-то момент радости, я пыталась найти ответы.
— Все наши сотрудники на заданиях работают в парах, и пары состоят из парня и девушки… И я думаю, пришло время представить тебе своего напарника.
Мужчина дал знак, что бы я обернулась. Услышав такое, я оторопела, но собралась с мыслями и посмотрела на вход в кабинет. Где-то в глубине души проскользнула догадка, что это будет Стас, но обернувшись, я почувствовала странный огонь в груди, который взял под контроль мой пропеллер и мозг с сердцем вместе взятые.
— Познакомься Юля, это Максим.
Еще толком не сообразив, что произошло, я вновь почувствовала ледяное презрение и жгучую ненависть в свой адрес. По телу прошла дрожь, заставившая сердце снова остановиться, потому что на пороге кабинета стоял тот самый носитель ""испепеляющего"" взгляда.