Радуясь тому, что я знаю, о чем он думает, добавляю:
– Что? Тот, кто докладывает о моей жизни, не сказал тебе о Пабло? – И, наклонившись над столом, чтобы приблизиться к нему, я говорю сквозь зубы прямо у его лица: – Значит, твои люди плохо работают. Бьорн – друг, а вот Пабло уже с некоторого времени – нет.
Не проронив больше ни слова, разворачиваюсь и выхожу из кабинета. У меня все дрожит. Почему я все так усложняю?
Я знаю, что он не сводит с меня взгляда, поэтому беру свою сумочку и выбегаю из кабинета, словно за мной гонится дьявол.
Что я вытворяю? А он что такое вытворяет?
Открываю мобильный и звоню Бьорну.
– Твой дружок Эрик здесь. Он только что в ярости расспрашивал меня, что мы с тобой вчера делали, гуляя по Мадриду?
– Он в Мадриде?
В этот момент в кафетерий заходит Эрик и смотрит на меня. Он садится на другом конце бара, а я продолжаю говорить по телефону:
– Да.
– Черт побери, Эрик! – смеется Бьорн. – Ладно, милая, ты же знаешь, что я тебе рассказал. Ты нужна ему. И если ты действительно его любишь, не усложняй все и возвращайся с ним. Он просто ждет, когда ты сделаешь первый шаг. Будь доброй и нежной.
Я улыбаюсь и прихожу в отчаяние. Доброй и нежной? Я не то что сделала шаг, я объявила ему войну. Сокрушаясь тем, что оказалась на самом безумном перекрестке в своей жизни, шепчу под пристальным взглядом Эрика:
– Я собиралась приехать в Мюнхен в конце следующей недели.
– Вот это да-а! Милая, его это наверняка взбесило, – подшучивает он.
Поговорив с Бьорном о своей предстоящей поездке в Мюнхен, прощаюсь с ним и закрываю мобильный. Выпиваю кока-колу, плачу за нее и выхожу из кафетерия.
Когда я возвращаюсь в кабинет, через две минуты появляется Эрик. Он входит в свой кабинет и пристально на меня смотрит.
Боже мой, как же он меня возбуждает, когда так на меня смотрит. Я долбаная мазохистка, но именно этот леденящий душу взгляд и покорил меня.
Я с трудом концентрируюсь на работе. Но не могу собрать мысли в кучу. Я знаю, что он нуждается во мне. А мне нужно поцеловать его, чтобы забыть о той ловушке, в которую я себя загнала.