Прошлым вечером вы поведали нам прелестную историю о том, что увидели привидение. Как только я узнал, что вы стояли, схватившись за голову, я сразу понял, что тут дело вовсе не в призраке. Когда девушка пугается, она хватается за сердце или прижимает руки ко рту, чтобы подавить крик, но если она хватается за голову, то тут совсем другое дело. Это значит, что ее волосы оказались в беспорядке и она срочно пытается их пригладить! Так что, мадемуазель, давайте говорить правду. Почему вы закричали на лестнице?
– Но, месье, это правда, я увидела высокую фигуру в белом…
– Мадемуазель, не надо оскорблять мой интеллект.
Леони подняла невозмутимый взгляд и моргнула.
– Eh bien, – заявила она, – поцелуй. И что?
– Действительно – и что? – галантно сказал Пуаро.
– Понимаете, этот молодой джентльмен подкрался сзади, обнял меня за талию – конечно, я испугалась и вскрикнула.
– Конечно, – согласился Пуаро.
– Но он подкрался ко мне, как кот. Тут распахнулась дверь кабинета и вышел месье le secretaire[22], и молодой джентльмен ускользнул вверх по лестнице, в результате я выглядела как дура. Конечно, мне нужно было что-то сказать – особенно… – она перешла на французский, – un jeune homme comme ça, tellement comme il faut[23]!
– И вы придумали привидение?
– Да, месье, в тот момент я больше ничего не сумела придумать.
– Ничего. Итак, теперь все понятно. Я с самого начала так и предполагал.
Леони бросила на него вызывающий взгляд.
– Месье, вы очень умны и очень добры.
– И поскольку я не собираюсь ставить вас в неловкое положение в связи с этим делом, вы готовы сделать для меня ответную любезность?
– С великой охотой, месье.
– Насколько вы осведомлены о делах вашей хозяйки?
Девушка пожала плечами:
– Не очень, месье.
– И каковы они?
– Ну, от меня не ускользнуло, что друзья мадам всегда армейские, или флотские, или летчики. Есть и другие друзья – иностранные джентльмены, которые иногда приходят к ней очень скрытно. Мадам очень красива, хотя мне кажется, что долго ее красота не продержится. Но молодые люди находят ее очень привлекательной. Иногда они слишком много говорят.