И тут я вспомнила. Утро, в которое меня ждали слишком долго, и Свейт, изо всех сил машущий крыльями, чтобы уйти от стражницы в алом. Это что — мамаша Иды?! Вот так встреча. Наверное, узнавание отразилось на моем лице, потому что Вестейн негромко представил нас:
— Леди Анна Скау. Леди Магрит Эллингбоу.
Значит, передо мной та самая Мегера? Поразмыслив, я не стала сдерживаться и спросила:
— А что вы здесь делаете?
Она едва не поперхнулась от такой наглости. Вместо нее ответил мой куратор:
— Планировала устроить пляску на костях, но не вышло.
Леди Магрит тут же возмутилась:
— Да что ты себе позволяешь, мальчишка?
Но ответом ее не удостоили. Вестейн хлопнул Свейта по плечу, приказывая байлангу оставаться на месте. И направился в сторону ректора и декана, которые что-то тихо обсуждали с Йораном.
На лице последнего отразилось облегчение, стоило нам приблизиться. Остальные выглядели достаточно доброжелательно. Я сделала вывод, что эти если не из сочувствующих, то хотя бы пытаются сохранять нейтралитет.
Ректор скупо похвалил:
— Отличная работа, господин Ааберг.
— Анну зацепили снарядом с иглами, — отчитался куратор. — Но мы смогли их вытащить. Хотя обработать раны и принять нейтрализующее снадобье не помешает.
Мужчины обменялись взглядами. Декан Холмен тут же достал из поясной сумки пузырек с зеленоватой жидкостью и вручил мне. Взгляд его при этом был теплым и сочувствующим. Меня жалеют, надо же.
Пока я глотала удивительно противное снадобье, Вестейн коротко пересказал случившееся.
— Придется усилить патрули и доложить Правящей герцогине. К счастью, никто из адептов не пострадал.
Значит, мои одногруппники в порядке.
Я отдала пустой пузырек Холмену и начала с интересом оглядываться. Неподалеку я увидела пасть одного из змеев, и в ней торчали те самые клыки, которые я так надеялась добыть. В этот момент декан сказал:
— Мы тут нашли кое-что интересное, ты должен взглянуть.
Вестейн кивнул, а затем взглядом указал Йорану на меня.
За плечами у нас уже было совместное путешествие, поэтому я знала, что старший страж далеко не зануда, любит крепкое словцо и с удовольствием подшучивает над адептами. Даже удивительно, что у него такой друг, как Вестейн.