Уха из петуха

Сергей и сам не до конца осознал, в какой момент вместо дома свернул на улицу, ведущую к загородной трассе. Но, поняв, куда выбрал направление, интуитивно уже вдавил педаль в пол и понесся по почти пустой в это время дороге. С каждым оставленным за спиной километром внутри становилось все радостней и невесомей, вот как бы ему не взмыть в небо, едва выйдя из машины. Все будет хо-ро-шо. Эта приставучая, однообразная, но ни капли не надоедающая песенка крутилась в голове, заставляя его прямо-таки скалиться в довольной улыбке.

Его дорогая иномарка недовольно заохала, отказываясь лететь на той же скорости, едва он съехал с асфальта на убитую гравийку.

— Не жалуйся, а то на ""Ниву"" сменю, — пригрозил Сергей, и мысль ему весьма понравилась.

""И точно, поддержим отечественный автопром"" — поддакнул безмолвствовавший до этого дебил, внезапно примеривший на себя роль пристально всматривающегося вдаль штурмана."

"Уже почти совсем рассвело, и Сергей остановился в поле, торопливо надрав не столько почти исчезнувших в на закате лета цветов, сколько колосьев и стеблей, не обращая внимания на то, что брюки и дорогущие туфли вымокли от росы, а на манжетах белоснежной рубашки появились зеленые пятна.

Запрокинул голову, уставившись в небо в поисках того самого, неповторимого прозрачного и при этом необычайно насыщенного голубого цвета, который был его наказанием и наваждением все это время врозь. Но над головой пока царили разные оттенки серого и розового. Заорал во все горло, полной мощью легких, пугая прыснувших в стороны пичуг, выпуская, изгоняя прочь остатки мешавшей все это время дышать тоскливой неподъемной тяжести. А потом снова помчался, не слишком аккуратно объезжая колдобины, чтобы остановиться теперь только перед снившимся раз за разом забором семейства Апраксиных.

ГЛАВА 36

скондачканифиганевыходительная, в которой главный герой получает от ворот поворот, ибо неча…

Едва Сергей открыл скрипучую калитку и шагнул во двор, дыхание опять перехватило, но теперь уже от предвкушения и внезапной растерянности.

Что он скажет? ""Здравствуй, я вернулся? Возьми обратно за ради бога, потому что вдали от тебя мне погано?"" Как нашкодивший, сбежавший на гульки пес, ей богу, который приполз обратно на брюхе, поняв, что нет ничего лучше своей простенькой конуры и вкуснее хозяйской похлебки. Ну, а он и есть в глазах Апраксиных кобель самый натуральный, и пусть прогнали, а не сам ушел, так за дело же.