Ее сочетание с неоспоримой мужественностью всего облика Ясона давало потрясающий результат: лицо, которое приковывало взгляды, заставляло сердца отчаянно колотиться, рождало недвусмысленные желания. Коротко говоря, Ясон Минк был просто неотразим.
Рики потянулся рукой к своему члену, поднявшемуся от одного вида спящего блонди, и принялся ласкать себя, медленно, осторожно выдыхая. Ясон пошевелился и, перевернувшись на живот, сам того не зная, явил себя любопытному взору пета с самой привлекательной стороны: его крепкие, соблазнительные округлости манили и притягивали к себе, как магнит.
Член его так сильно набух, что стало больно; стоило немалых усилий сдерживать рвущиеся из горла стоны. Темноволосый монгрел, закусив губу, раздвинул ноги пошире и ускорил движения руки, стремясь поскорее достичь цели. По мере того как разгоралась похоть, им овладело одно могучее, всепоглощающее желание — взять Ясона прямо здесь и сейчас.
Взыгравшая похоть подогревала решимость монгрела. Он оседлал хозяина и, помогая себе трясущимися пальцами, на скорую руку проник внутрь, словно ночной вор.
— Не рыпайся! — велел он.
Ясон, уже почти проснувшийся, сначала удивился, потом улыбнулся неожиданной храбрости своего любимца.
— Пет, ты сейчас окажешься у меня на коленях и получишь выволочку, какая тебе и не снилась! — пригрозил он.
— Только после того, как я тебя оттрахаю! — нимало не смущаясь, заявил Рики.
Блонди в любой момент мог стряхнуть с себя монгрела, как таракана, однако, эта озорная выходка доставила ему удовольствие, так что он позволил пету продолжать свои труды. Ясон и сам почувствовал прилив возбуждения и принялся строить в голове планы, что бы ему такое интересное сделать с Рики.