Но надругательство над его картиной снова перевернуло планы блонди с ног на голову. Было ясно как день, что это дело рук монгрела, и в один миг у Рауля отказали тормоза. Ослепленный гневом, он ринулся с головой в свои кровожадные замыслы и теперь с ненавистью обозревал свою жертву.
— А это означает, — продолжал блонди, — что остаток своей короткой бездарной жизни ты потратишь на то, чтобы униженно умолять меня о милосердии — правда, я тебя всё равно не услышу.
От слов Рауля веяло обреченностью. Рики содрогнулся от страха, но принял твердое решение: он скорее спровоцирует блонди на убийство, чем позволит тому наслаждаться его страданиями.
— Пошел ты нах..! — выплюнул монгрел.
В ответ Рауль сорвал с руки перчатку и тыльной стороной ладони залепил ему крепкую пощечину.
— Закрой свой поганый рот! — зарычал он. — Будешь говорить, только когда я разрешу!
— Я буду говорить, когда вздумается, и не тебе мне рот затыкать, надутый ублюдочный извращенец!
Заработав очередную зуботычину, Рики почувствовал во рту вкус крови, но это его не остановило.
— Даже если ты меня убьешь, для тебя это ничего не изменит. Ясон всё равно тебя не хочет. Каково это — знать, что тебе предпочли пета-полукровку?
К удивлению монгрела, Рауль расхохотался.
— Если ты надеешься умереть прямо сейчас и избежать боли, которая тебя ожидает, — забудь об этом. Твои монгрельские уловки на меня не действуют. Спешить мне некуда, так что привыкай к мысли, что свои последние минуты ты проведешь в настоящем аду!
— Он тебя уничтожит, — мрачно ответил Рики.
— Замолчи!
Блонди снова ударил его с такой силой, что разбил губу в кровь. Он и сам понимал, что монгрел прав — Ясон не простит его никогда.
Однако… об этом можно будет подумать и позже. Рики уже у него в руках — что сделано, того не воротишь. Да, это дорого ему обойдется, но тем больше причин сполна насладиться часами… а возможно, и днями… которые еще остались в запасе.