Но Ясон пожелал большего — и забрал так много, как монгрелу и не снилось.
— Со мной случилось нечто подобное. С Востаном. Я… ему должен.
— Как это?
— Я ведь рассказывал тебе про его брата, Анори? Так вот, он погиб не в результате катастрофы. — Ясон помолчал, опустив голову, потом снова взглянул на Рики. — Он умер… от моей руки.
Монгрел долго молчал, не сводя с хозяина глаз.
— Я так и думал, — сказал он наконец.
Теперь пришла очередь Ясона удивляться.
— Я знал, что здесь не всё чисто, — продолжал Рики. — Значит, ты тоже… вернул долг своим телом?
— Что-то в этом роде.
— А он знает?"
"— Нет. И ты не должен никому об этом рассказывать.
— Я буду молчать.
Рики снова задумался. Его так и подмывало спросить, что толкнуло Ясона на убийство, но он решил подождать, пока хозяин сам не раскроет все детали, когда посчитает нужным. Монгрел улыбнулся.
— А помнишь, что ты сказал мне в тот день, когда я предложил тебе свое тело? — Он презрительно скривился и прошептал, подражая оскорбительной манере блонди: — «Как это по-монгрельски!» Думаю, не такие уж мы с тобой и разные, если присмотреться.
— Ты прав, — с улыбкой признал Ясон. — Так и есть.
— А теперь у нас обоих руки в крови. Так что мы и тут похожи.
— Хм-м-м…
— Ясон!
— Да, любовь моя?
— А почему ты мне всё рассказал? В смысле, почему именно сейчас?
Блонди снова наклонился и нежно поцеловал его в губы.
— Просто потому… что так захотел. Ну а теперь, — добавил он, освобождая пета от цепей, — нам пора одеться и вернуться к обществу.
— Не уверен, — ухмыляясь, возразил монгрел.
Он потянулся за своей рубашкой и внезапно — впервые за очень долгое время — почувствовал себя счастливым. Его взволновала откровенность Ясона, но еще больше — его обещание подарить ему автомобиль. К тому же хозяин снял ограничения на сигареты и позволил посещать «Салун».
В конце концов, не так уж это и плохо — быть петом Ясона Минка.
Рики был вынужден признать: любой другой монгрел — или пет, если уж на то пошло — сказал бы, что ему удалось завоевать сердце блонди.
Теперь он мог спокойно носить свои цепи, потому что понял: ничего они не значат. Его сердце и так уже приковано к хозяину, и неважно, видны ли на золотых наручах инициалы «Я.М.».