– Вспомните, кто вы! Люди или животные?!
Стало тихо.
Илья стряхнул с себя мутное оцепенение, мешающее сосредоточиться на смысле сказанного, оглянулся.
С недалекого холма смотрел на них Георгий с разведенными в стороны руками. В правой руке он держал крест-уморь, в левой – нечто похожее на язычок радужного пламени.
– Немедленно прекратите! – добавил Витязь, вычертив крестом замысловатый знак, оставивший в воздухе светлый след. Затем коснулся креста «язычком пламени», махнул им в сторону Пашина, и к людям понеслась струя прозрачного света.
Илья попытался отпрыгнуть в сторону, но сумел подавить страх в душе и желание выстрелить.
Струя ударила в него беззвучной молнией, вышибла дух на мгновение, а вместе с ним и какой-то визжащий серый клубок дыма. Илья упал на колени, силясь не потерять сознание.
Антон, сообразив, что происходит, поднял ствол пистолета-пулемета, собираясь дать очередь. Но Илья, кусая губы, простонал:
– Не стрелять!
Георгий махнул крестом еще раз, посылая сгусток светящегося тумана.
Сгусток настиг Антона, по-заячьи скакнувшего с камня на камень, вонзился ему в голову, также вышибая из нее клуб черного дыма. Громов согнулся, роняя оружие, оперся ладонями о землю.
Остальные, переглядываясь, попятились.
Шурик поднял винтовку, выстрелил, но Георгий качнулся влево, пропуская пулю, и «выстрелил» в ответ. Уморь метнул струю света, безошибочно угодившую в снайпера. Шурик выронил винтовку, схватился за голову.
Георгий сбежал с холма, продолжая на ходу колдовать с жезлом силы, обезвредил Влада, женщин, но не тронул Максима и Данилу, которые перестали драться и попятились назад, явно не желая подчиняться.
Илья поборол слабость, поднялся на ноги.
Выпрямился с натугой и Антон.
– Что ты сделал?!
– Изгнал бесов, – ответил Витязь хладнокровно, пряча уморь в карман штанов, а «язычок пламени» – в карман на груди.
– Каких бесов?!
– Мороков, – хрипло сказал Илья. – Иннокентий предупреждал нас. Это были они?
Георгий кивнул, разглядывая отступивших к обрыву певца и художника.
– Твою мать! – выдохнул Антон. – Вот почему мы взбесились!
Влад вдруг бросил свой лук и сел на корточки, пряча лицо в ладонях.
– Простите меня!..
Антон похлопал его по плечу.
– Мы все были не на высоте. – Он подошел к Шурику, на лице которого вспухли синяки. – Извини, дружище. Я не понимал, что делаю.
– Я должен был преодолеть мороку, – глухо проговорил Влад. – Меня учили… я готовился…
– Это были мороки Черного Вея, – сказал Георгий.