Я вскрикиваю от переизбытка ощущений. На веках слезы. Мне стоит огромных усилий справиться с эмоциями, не разрыдаться во весь голос.
Виктор замирает.
– Больно? – спрашивает он, заглядывая в глаза и стирая губами слезу у моего носа.
Его янтарные радужки почти полностью залиты чернотой зрачков.
– Ты дрожишь, – волнуется он.
Виктор застывает. Его мышцы под моими ладонями напрягаются, становятся тугими и неподвижными. Он смотрит на меня, ищет ответ на вопрос: не переступил ли он черту своим порывом овладеть мной?
– Словно так и должно быть всегда, – отвечаю я, скользя влажными пальцами по его спине, размазываю по коже пятна алой краски.
Он склоняется для нового жадного поцелуя.
– Главное – не молчи, если я делаю тебе больно, ладно?
– Все хорошо. Просто еще не привыкла, – улыбаюсь я.
– А если так? Так лучше? – Он делает несколько круговых, плавных движений бедрами, и я хватаюсь за его предплечье. Мужчина полностью заполняет меня. – Тише, тише, не напрягайся, – переживает Виктор, целуя меня в уголок губ.
Я киваю и не сдерживаю стон.
– Черт… очень тесная, – хрипит он. – Прости, мысли вслух.
– Это плохо?
– Ну… теперь я сам боюсь кончить раньше времени, – смеется он, закатывая глаза от удовольствия, – тебе точно не больно?
Обхватив его ногами, притягиваю к себе и делаю несколько толчков навстречу, отчего Виктор со стоном выдыхает над моим ухом.
Потом он подается вперед с какими-то особыми движениями, отчего моя поясница прогибается, и я в сладком бреду повторяю его имя, прошу сделать это снова… да, черт возьми! И он продолжает поднимать меня на какой-то новый уровень удовольствия, которого я никогда и не знала.
Он плотно пригвождает меня к столу. Прижимается губами. Поцелуй выходит слегка болезненным – я ощущаю в нем дикое желание мужчины и сама закипаю, чувствуя, как сплетаются наши губы, руки, тела…
– Боже, как ты это делаешь?
– Импровизирую, – низким голосом произносит он.
"Я не верю, что все это реально. Кажется, сейчас я проснусь или испугаюсь. Мой разум вновь меня предаст и заставит оттолкнуть Виктора, но этого не происходит, хотя весь мир выворачивается наизнанку. Я даже не понимаю, что Виктор делает. Теряюсь в скользких движениях, звуках и шепоте на ухо, поцелуях на шее… груди… ключицах… приятно, влажно, жарко… что-то невероятное…
Виктор сжимает ладони на моей талии и подхватывает на руки, садится на стол.
Я сижу на нем самом.