Теперь следовало как минимум с час понаблюдать за часовыми. А вдруг они изредка, но осматривают дно ущелья? Устроившись поудобнее и настроив бинокль, Рашид терпеливо стал смотреть на пост. Занятие малоприятное, изнуряющее, похлеще любого марша, но Юсуп был терпелив. Он хорошо умел делать свою работу. В результате за этот час постоянного наблюдения он выяснил, что часовые на посту перешли на режим сменного несения службы, у них имелся при себе суточный запас продовольствия и фляга воды, они были оснащены радиостанцией малого радиуса действия, которой пока не пользовались.
– Мираж на связи!
Проводник доложил результаты разведки, закончив доклад словами:
– Таким образом, группа спецназа может скрытно пройти по «мертвой» для поста зоне на запад и, преодолев перевал, выйти на плато, в балку, откуда в дальнейшем развивать наступление на объект.
– Значит, с поста подножие склона не видно?
– Нет! Боевики контролируют подход к перевалу с севера. Но, думаю, не лишним будет применить страховку и пройти участок нахождения поста в одиночном порядке.
– Я тебя понял, Юсуп!
– Начать выход надо немедленно, подполковник. Ночью это сделать будет гораздо сложнее. Мы не знаем, усилит ли пост Джума на темное время суток и поставит ли задачу часовым контролировать и ущелье.
– Ясно! С твоей позиции снять часовых на посту можно?
– Да. Если снайпер опытный. Лучше использовать бесшумное оружие.
– От тебя до поста восемьсот метров?
– Около семисот.
– А «Винторез» бьет на четыреста. Это я к тому, чтобы применять бесшумную винтовку.
– Снайпер сможет сблизиться с целью до расстояния гарантированного поражения противника, – сказал проводник.
– Хорошо! Снайпер пойдет к тебе немедленно. Объясни, где ты встретишь его.
– Пусть поднимается на перевал и спокойно идет два километра. Увидит куст, растущий между валунами, от него осмотрит вершину через оптику. Он увидит меня.