Он запустил пятерню в волосы и, выдохнув, покачал головой:
– Думаешь, я тебе позволю?
– Я не твоя сестра и не жена. Даже не невеста!
– Да что такого страшного может ожидать тебя на Нептуне? – взорвался он. – Вернемся и…
– И моя жизнь снова превратится в ад. – Поставив локти на колени, я обхватила голову руками.
Ну как он не понимает? Как объяснить, что без компромата на отца нельзя мне туда?!
– Лидия…
– Думаешь, деньги автоматически делают тебя счастливым, Айзек Лоу? Такая наивность. Нет, они лишь упрощают жизнь.
Раз богатая, то и горя не знаю? Все видела, везде была. Так? – Я впилась в него взглядом. – А я даже не жила! Три комнаты и кабинет. Один распорядок дня. Три небоскреба за стеклом. Я выучила расписание межпланетного метро и каждый день смотрела на сверкающие неоном вагоны и представляла, как это – выйти наружу. Что там делают люди? Сидят? Читают? Смотрят новости? Единственная отдушина в жизни – это личная помощница, из которой я пыталась сделать живого человека. Ты не спросишь почему, но я отвечу сама.
Чтобы у меня наконец появилась подруга. Пусть одна, но настоящая. С которой можно поболтать о своем, о женском. Но как-то не выходило. Так что все, что у меня оставалось, – это психотерапевт, удерживающий меня на грани безумия, не давая скатиться и утонуть в нем. Год за годом только Маркус и спасал. Мои глаза и уши во внешнем мире. Он позволял заглянуть мне за пределы моих комнат. Облегчал терзающую боль. Бессонница мучила так, что я неделями не спала. И тогда он пел мне колыбельную.
Напичканная снотворным, я засыпала, слушая его голос. Ты знаешь, как это страшно, как больно, как мучительно?
– Лидия, прости…
– Я сделаю все, Айзек, чтобы не возвращаться туда. Надо танцевать – станцую! Нужно будет нечто большее – сделаю. Но назад я не хочу. Никогда, слышишь! Я только здесь спать стала нормально. Засыпаю, просто закрыв глаза. И даже появляются какие-то сны. У меня Ан появился, я с Ким нет-нет да и поговорю. Я не позволю тебе отобрать у меня это!
– Хорошо, понял.
– Подойдя ближе, он присел на корточки у кресла и погладил меня тяжелой ладонью по спине, успокаивая. – Я выйду на арену. Твоя жизнь куда дороже пары моих ребер. Все будет хорошо.
– Мне жаль, я правда не хочу…
– Ничего, – он тепло улыбнулся, – зато в следующий раз я буду хранить достаточно нала на корабле и уж точно не подставлюсь под удар. Но, Лидия, тебе придется все же мои увечья отработать.
– Как? Танцами?
– Ну, я бы не отказался, – засмеялся он, – но нет.
