Я разносила заказы, внимательно слушала, но мыслями находилась не здесь. После невзначай кинутой фразы о Беловом, все, о чем я могла бы думать, было именно он и его увлечения. А еще то, что я могла бы стать такой одной из многих, и, наверное, чудом не стала. Мне же казалось, что у нас совсем не те отношения. Мысленно чертыхнувшись, я в который раз за сегодня ощутила приступ неконтролируемой тошноты. Всегда в минуты особых эмоциональных качелей, у меня случалось подобное. Невозможность проглотить даже собственную слюну и сводящее с ума желание выблевать свои внутренности.
Какие отношения, Маша? Ты вообще соображаешь, о чем думаешь? Он напивался в твоем присутствии и, видимо, таким образом плавно к тебе подбирался, понимая, что с тобой классический вариант не пройдет. Что ты не бросишься к нему ради денег, что ты совсем из другого теста, но, очевидно, это тесто ему также зашло, как зашли остальные молоденькие дурочки, падающие при виде такого красавца, окруженного богатствами и властью практически вседержителя.
Он искал новых эмоций, адреналина. Молодая дурочка, что с нее взять?
В тот вечер я старалась больше не появляться в випке, мне на помощь пришел Ваня, ведь обслужить все столы мне и еще одной девочке было просто невозможно.
—Нам срочно нужны новые люди, иначе Порок меня подвесит прямо в центре зала, — высказалась наша администратор в довольно нервной манере, что было ей несвойственно. Возможно, она вообще впервые в жизни обсуждала действия главного при нас, но отчаяние может сделать не только это.
Да уж, эта ночь явно показала, что при форс-мажорных обстоятельствах, мы не выгружали.
Около трех часов ночи из до боли знакомой мне випки вышел Белов со следами губной помады на щеке и растрёпанной прической. Темные короткие кудри торчали в разные стороны, походка была «невнятной», что явно говорило о том, что он выпил много, и был не сам. И провел время именно так, как обычно проводят его тут все мужчины.
Мое сердце болезненно сжалось, а в следующую секунду я силком заставила себя отключиться от внутренних переживаний.
И ровно в тот момент, когда наши взгляды схлестнулись, я перестала дышать, сбитая с толку от увиденного на большом расстоянии. Он смотрел на меня как неодушевленный предмет, не играющий для него особой роли. А затем отвернулся, продолжая идти прочь из заведения. Ни слова, ни полслова, ничего.
Мы вдруг стали чужими.