Живя в Лондоне, маркиз регулярно занимался плаванием, и эти тренировки теперь помогли ему спасти человека, несмотря на сильное течение.
В конце концов, Лит выбрался на берег вместе с Уиллом под радостные крики его братьев и мисс Трим."
"Весь инцидент со спасением длился несколько минут, но у Лита было такое чувство, будто он провел на боксерском ринге десять раундов в поединке с сильным противником. В реке плавало много сора, веток, сучьев и даже бревен. Лит готов был поклясться, что одно из них врезалось ему в грудную клетку.
– Я слишком тяжелый, – пробормотал Лит извиняющимся тоном, стараясь сильно не давить на плечо спутницы.
– Глупости. Давайте доберемся до травы.
Дойдя с помощью Нелл до поросшей травой верхней части берега, Лит рухнул без сил.
– Вы в порядке? – спросила Нелл, видя, что Литу трудно дышать.
– Да, – ответил он, хотя его вид свидетельствовал об обратном.
Нелл подошла к Уиллу, которого окружали братья.
– Отдайте ему мой сюртук, – услышала она хриплый голос Лита.
Обернувшись, Нелл увидела, что Лит немного пришел в себя и пытается встать. Он не знал, сможет ли держаться в седле. Все его тело, покрытое синяками, ныло. Дышать было больно. Кроме того, маркиз продрог до костей. Тем не менее он распорядился, чтобы его верхнюю сухую одежду отдали мальчику.
– Вы же замерзнете, – ужаснулась Нелл.
– Я справлюсь, все будет хорошо, – промолвил Лит, чувствуя, что к нему возвращаются силы.
Нелл с сомнением покачала головой, но не стала спорить. Она видела, как сильно дрожит Уилл. Мальчику действительно требовалась незамедлительная помощь.
– Я отвезу Уилла домой и вернусь за вами, милорд.
Лит уже пришел в себя и видел, с какой нежностью Нелл смотрит на него. Никогда прежде он не замечал у нее такого взгляда.
Большие глаза Нелл сверкали, на щеках играл румянец. Может быть, причиной был сильный ветер? Но улыбка на губах Нелл говорила о многом. У Лита затрепетало сердце.
Нелл отвернулась, чтобы надеть сюртук на Уилла и подсадить его в седло. Мальчик так нелепо выглядел в одежде маркиза, что Лит невольно улыбнулся. Он надеялся, что сыновья Мюррея получили этим утром хороший урок и больше не полезут в воду.