– Могу я сказать в свое оправдание, что принял желаемое за действительное?
– Ты можешь сказать все, что хочешь. Он изучал ее профиль, строгий, несмотря на легкий румянец и выбившиеся пряди.
– Девочка очень на тебя похожа.
– Она моя племянница.
– Я мало понимаю в детях, – после паузы заметил Ричард, – но и возраст ее очень подходящий, не так ли?
– Послушай, Ричард, если ты стараешься убедить меня в том, что любой совершил бы такую ошибку…
– Не любой, – тихо поправил он. – Но... будний день, а ты не работаешь…
– Вот именно.
– Прости. Я... я планировал по-другому встретиться с тобой в этот... особенный день.
– Ты меня удивляешь.
– Можно я начну сначала?
Луиза вздохнула.
– Ради чего? Ты…
– Послушай, я же извинился и попытался объяснить.
– Если ты явился сказать, что отказался от любимого образа жизни из чувства вины или... ну, я не знаю…
– Это не так.
– Не может быть! – Луиза наконец повернулась к нему, сердитая, недоверчивая.
– Может, выслушаешь, что я сделал и почему? – (Она беспомощно развела руками.) – Я понял, что остаюсь верным делу, которое исчерпало себя.
– Не думаю, что слоны и носороги придерживаются того же мнения.
Ричард улыбнулся и продолжил серьезным тоном:
– Я говорил о своем личном крестовом походе. О влиянии отца и империи Муров. Я понял, что давно стряхнул оковы и династическая машина больше не в силах засосать меня и совсем не надо уезжать далеко, чтобы снимать фильмы.
– Ты сказал, что Африка в твоей крови, – прошептала Луиза. Ричард ухмыльнулся.
– Я так думал, но теперь я знаю точно: единственное, что в моей крови, – это ты. Если ты откажешься от меня, то никакая Африка не спасет.
– Если бы это было правдой... если…
– Я понимаю, что ты хочешь сказать, – прервал Ричард. – Что я слишком долго тянул? Между прочим, недовольство возникло еще до того, как я вернулся в Африку.
– А если бы я за это время вышла замуж? Ричард заколебался, стоит ли говорить правду.
– Именно об этом Нейл поклялся мне сообщить.
– Поверить не могу!
– Дорогая, – довольно холодно сказал Ричард, – это ты заставила меня уехать.
– Я... я... все равно…
– Это ты распрощалась со мной без малейших признаков сожаления, – непреклонно продолжал Ричард.