— И всё же, молодой человек, коль вы на службе здесь, проявите уважение к ректору, — снова за своё. Пытается меня подвинуть, толкая бедром.
— Тшш, — палец к губам прислоняю. Замолкает сразу и замирает.
Взгляд бешеный. То ли разораться собралась, то ли сразу драться.
— Ты очень красивая, когда строгая, — говорю, поднимаясь и не спуская с неё глаз.
Ноги в сапожках ставит на пол. Корсет сиси молочные выдавливает, смотрят они на меня вместе с хозяйкой. И это меня дико возбуждает.
— Сиди, — говорю, придерживая училку, и скидываю пиджак.
— Я пожалуюсь твоему отцу, — заявляет, а у самой грудь вздымается. Поняла, что так легко сегодня не отделается?
Рубашку расстёгивать начинаю, продолжая смотреть с ухмылкой.
— Я буду кричать, — угрожает дальше с ещё более ожесточённым видом.
— Как громко? — Спрашиваю, обнажая точёную грудь и кубики пресса.
— Очень громко, — говорит уже не так решительно, переводя взгляд на мой торс.
Беру её за запястье, и ладонью к своим кубикам прислоняю. Она и не сопротивляется, лишь первое мгновение.
Отпускаю руку, не убирает.
Расцепляю пояс, расстёгиваю штаны, демонстрируя как уже туго в белых трусах.
Кириан взгляда не отводит ошарашенного от действа. Будто никогда в жизни таких выходок перед её лицом не случалось. Под резинку трусов пальцами.
— Только не говори, что это сделаешь, — шепчет.
А я и не говорю, спускаю трусы, вываливая член. Сосиска уже больше, чем наполовину выросла. Чуть по носу не заехала.
Ещё дыханием головку наливную обдаёт. И член в одно мгновение наполняется сталью.
— Какой большой, — ахает, не отрывая от него глаз.
Ага, сантиметра три прибавляет ещё то, что всё выбрито на лысо.
— Целуй его, — шепчу повелительно.
— Как целовать? — Раздаётся прямо у самой головки члена.
— Как умеешь, — отвечаю, убирая ласково локон её волос в сторону.
Не успеваю закончить фразу, свободная рука училки касается моих яиц.
И это ещё больше разжигает меня, потому что женщина проявляет инициативу.
Четвёртый поцелуй у самой головки. И сразу же я чувствую касание пальчиков на яичках чуть более сильное.