Магия жизни уже сильна в вас, а станет ещё сильнее, когда вы исцелитесь, когда придёт мир и любовь в вашу душу, изгнав оттуда боль и тьму. Благословите, госпожа Аминнариэль, дайте надежду вернуться в этот мир к моему мальчику. Умоляю вас.
Этот взгляд… эта мольба страждущей, взывающая к чему-то неизведанно-глубокому во мне, пробуждающая Древнюю кровь и наследие жриц.
Именно здесь, у священного дерева Аяриль я чувствую то, что казалось бы давно утеряно эльрами. Связь с Пресветлой.
Я чувствую, что она не ушла из этого мира.
— Да будет Свет в твоей душе, Малвайн. Да будет твоя душа благословенна и рождена для новой жизни из чрева той женщины, что стала второй матерью твоему сыну, — произносит моими устами Древняя кровь, исполняя заветное желание бедняжки.
— Спасибо, светлая госпожа, — выдыхает молодая женщина со слезами на глазах и припадает к моим ногам в почтительном поклоне.
— Мина, время не ждёт, — вырывает меня из полутрансового состояния голос Тори. — Нужно быстрее перебрасывать твою привязку и делать Малвайн личину. Иначе она может не успеть занять твоё место, пока король спит.
— Да, — выдыхаю сипло. — Да, ты права, Тори. Малвайн, встань пожалуйста.
Подруга бросается к нам и сама помогает подняться женщине с колен. Та по-прежнему смотрит на меня с благоговением, а я пытаюсь смириться с тем, на что её обрекаю.
Мой взгляд устремляется к дереву Аяриль. Когда-то под его сенью вершились обряды и благословлялись браки. Я же хочу разорвать свой. Надеюсь, Пресветлая меня поймёт.
Иду к нему, протягивая руку. Я столько раз пряталась здесь, столько слёз пролила на его окаменелые ветви.
Помоги мне. Ты же всё знаешь.
Ладонь касается шероховатого ствола.
— Подойди, Малвайн, — велю я, и мой голос даже мне самой кажется сейчас чужим. Слишком сильным и уверенным.
Поворачиваюсь к моей спасительнице, которая застыла позади меня. Протягиваю руку уже ей, и молодая женщина без колебаний хватается за мою ладонь.