– Молодец добрый, красивый, скушай калачик!
Тетка, поперек себя шире, в высокой, обшитой бисером шапке и металлических висюльках на непомерной груди, протягивала ему витую булку.
Серега сглотнул слюну. Угощение сердобольных попутчиков уже давно переварилось.
– Сколько? – спросил он.
– Грошик, молодец! Ах какой калачик! Нынче они мне особо удались!
Серега порылся в кармане, нашарил российский рупь:
– Пойдет?
Тетка оглядела монету.
– Это где ж такие красивые чеканят? – удивилась она.– Конечно, сгодится, молодец! Кушай на здоровье! – Тетка сунула Сереге калач и потопала вперевалочку, но быстро-быстро.
– «Переплатил»,– подумал Серега и вгрызся в булку.
Булка оказалась пресноватой, хотя вполне съедобной. На вид и запах лучше, чем на вкус.
Серега брел между рядами, приглядываясь. Торговали тряпьем, довольно тусклым, какими-то железками. А вот кожа была хороша! И меха. Похоже, сплошь натуральные. В холщовых мешках возились поросята. Мемекала привязанная к колышку коза.
Целый ряд занимали торговцы овощами.
«А картоха где?» – подумал Серега.
Может, неурожай у них тут? Сомнительно.
Морды у всех – что у торгашей, что у покупателей – как на подбор: гладкие, румяные, народ почти сплошь блондинистый. И ни одной «кавказской» физиономии.
«Куда ж я все-таки попал?» – опять вылезла загнанная было в подкорку мысль.
«Цыть!» – прикрикнул на нее Серега, и мысль убралась обратно в подсознание.
– А ну кто смелый да не боязливый! – раздался звонкий крик.– А ну кто – попытать силушку богатырскую!
Серега обернулся на голос, подошел поближе.
На свободном месте образовался кружок из любопытствующих аборигенов.
Посреди кружка топтался босой детина в серой подпоясанной шнуром рубахе с засученными рукавами. Чуть подальше стояла палатка, а у палатки колотил в бубен тощий парнишка. Он и кричал.
Детина топтался в пыли, тряс связанными в хвост волосами, густой бородищей, охлопывал себя по бедрам. Шея детины наводила на мысль об африканских буйволах. Толстая и грязная.
– Кто Сычка-силачка осилит, тому денег пять кун да котел медный! – надрывался тощий парнишка.– Выходи, не боись, силушке молодецкой удивись!
Серега присмотрелся к «силачку». Детина был примерно его веса, чуток поприземистей. Зато лапы – как совковые лопаты."
"Местный народец обступил борцовский пятачок, но Серега, с высоты своего роста, мог без проблем озирать окрестности. Среди зрителей обнаружилось несколько вполне привлекательных девичьих мордашек.