Я скрестила пальцы на удачу и перешла в наступление.
— А этот кулон, что висит у тебя на шее, он что-то значит?
Маэ вздрогнула и посмотрела на меня в упор.
— Почему ты так думаешь? Даже Фил не знает о ключе. Это страшное табу!
Калки, и эта туда же! Как бы ей так прозрачно намекнуть, что я и табу — две вещи несовместимые.
— Мне уже встречалось такое изображение, — призналась я на свой страх и риск. — И знаю, что оно каким-то образом связано с перемещением между мирами.
Маэ долго смотрела на меня, но все же решила посвятить в фамильную тайну.
— Многие века наши предки были хранителями великих врат в чужие миры. В древнем храме, на самой вершины горы Палип, жила Великая Матерь. Раз в год из ее груди истекало священное молоко. Испив его, хранитель ключа мог поникнуть за пределы сущего. Но это в прошлом… — Маэ всхлипнула, и из ее глаз брызнули слезы.
Я сглотнула ком в горле. Выходит, в этом мире жили не просто ученые, но и великие маги. Что же случилось со всеми этими людьми, почему от высокоразвитой цивилизации они вдруг вернулись к первобытности? Этот вопрос я не преминула задать свекрови. Она долгое время жила среди элиты и наверняка многое успела увидеть и услышать.
Маэ меня не разочаровала.
— Однажды из раскрытых дверей в наш мир ворвался демон, — затянула она, — он захватил власть и применили страшное оружие, погубившее жизнь. Всех, кто уцелел, жрецы храма собрали в самом чистом месте и накрыли куполом. Великая Матерь больше не давала молока.
Нельзя сказать, чтобы рассказ Маэ меня сильно поразил.