Чтобы удостовериться в том, что я не использую никаких уловок, мою голову укрыли платком, а сверху поставили зажженную свечу. Одно движение — и причудливый головной убор слетит, обожжет меня и господина. Такого проступка мне не простят. Остается одно: сделай или умри.
Я представила, что заполнивший меня изнутри огромный член — это флейта, на которой мне предстояло сыграть лучшую мелодию в своей жизни. Ужасно хотелось закрыть глаза, но пришлось удержаться. Не видя реакции партнера сложно понять, правильно ли ты действуешь.
Волнообразные движения моих внутренних мышц таки заставили Неруна издать первый восторженный стон. Каким бы жрец не был привередой, он всего лишь мужчина. И пока его достоинство находится во власти моего недостатка, ему не спастись от оргазма.
И все же, каким бы привлекательным ни казался моей внутренней дикарке Нерун, я испытывала угрызения совести. Фил, он остался там, в нашем доме. Один. Осознание этого мешало мне сосредоточиться.
И я все же схитрила. Представила на месте жреца родного мужа.
И дело пошло веселее. Пресыщенный женским вниманием жрец все же дернулся мне навстречу. Обхватил мои бедра и, издав хриплый стон, стремительно кончил.
Он сотрясался всем телом не меньше минуты, и я почувствовала себя победительницей. Свысока глянула на Амулу и заставила ее покраснеть."
"— Я не ошибся в тебе, — признался Нерун, когда обрел способность говорить. — Ты станешь лучшей для меня.
«Вот только не дари мне ларчик с фаллоимитаторами, — чуть не вырвалось у меня. — Лучше разреши видеться с мужем. Хоть иногда». Но вслух я сказала другое:
— Благодарю за оказанное доверие. Надеюсь на дальнейшее плодотворное сотрудничество.
Нерун прокашлялся и посмотрел на меня совсем другими глазами. Да, малыш, ты еще не понял, с кем связался. Варвара Иванова дорого возьмет с тебя за жестокое обращение с подданными.
— Выделите ей отдельную спальню и проследите, чтобы она ни в чем не нуждалась, — приказал жрец слугам.
Приподнял меня за бедра и стащил со своего утомленного ласками достоинства. Моя внутренняя дикарка облегченно вздохнула и свернулась калачиком. Пока что ей здесь делать больше нечего.
— Потом расскажешь, как достигла таких высот в искусстве любви, — предупредил меня Нерун. — И продемонстрируешь на практике.
— Договорились… — я посмотрела ему в глаза, не зная, как к нему обращаться.