А я вам вот что скажу: впервые за четыре года они получили отпор!"
"— Да, наши вояки любят безнаказанность. Особенно здесь, где все держится на армии. Но хватит балаболить, поехали к Ванде.
— Не в отделение?
— К Ванде. Хорошо, если Нарбутт взял след. Но там обойдутся и без нас. Мы заходим со своего конца. Сергеев-третий был еще жив, когда направился в ресторацию на Иерусалимской аллее. А утром — уже мертв. Надо в этом разобраться. Вперед, молодежь-холостежь!
Глава 5
Убийцы
Ресторация «У Ванды» действительно оказалась завлекательной.
— Ни одного столика нет, шановны панове! Самый обед. Не угодно ли сделать заказ и прийти через полчаса? Я вам хорошее место оставлю.
Лыков осмотрел зал — и правда, битком! — и заявил старику, понизив голос:
— Сыскная полиция. Проведите нас к распорядителю.
— Слушаюсь!
В крохотном кабинете уютный толстяк долго читал полицейский билет Лыкова.
— Вы из самого Департамента полиции.
— Да, там написано.
— А какое дело, позвольте спросить, Департаменту самой полиции до нашей рэстаурацьи?
— Я временно прикомандирован к варшавскому сыскному отделению.
— В вашем билете ничего об этом.
— Не успели оформить. Вы, кажется, желаете проехать на Сенаторскую? И там ответить на мои вопросы?
— Нет-нет, зачем?! Я с удовольствием отвечу здесь.
— Вам известен штабс-капитан Сергеев-третий из Александровской бригады пограничной стражи? Высокий громкоголосый брюнет. Часто бывает при деньгах. Часто бывает весьма развязным.
Ресторатор сразу же закивал:
— Да-да, я знаю, о ком вы говорите.
— Вчера он тоже был?
— Приходил. Скушал судака, выпил польского меда, а потом — пф-ф-ф! — еще и вудки.
— Шумел?
— Мы хорошо знаем характер пана. Он… неприятный субъект, извините. Именно вчера он не шумел. Не успел. Отвлекся на даму.
— Как она выглядела?
— Точно не скажу. На ней была вуалетка, что закрывает пув тважа… пол-лица. Но чувствовалось, что пани очень красивая. Такая фигура! А бюст! О!.. И к тому же модно одетая.