Мне бы даже стало смешно, не будь ситуация столь напряженной. Неужели никто не видит очевидного решения? Но драконы и маги молчали. Переглянулись лишь мы с Терионом, и он впервые за сегодняшний день улыбнулся. Могу поспорить, что и маркиз знал, что нужно делать.
– Зато умеют летать драконы! – ответила я королю. – Если каждый из вас посадит на спину по два мага и подлетит к нужному месту, можно будет восстановить магический фон купола.
– Леди Саманта! – воскликнул Тарк. – Позвольте расцеловать вас!
Он ринулся ко мне, но был остановлен грозным рыком Элиона.
– Обращайся, Тарк! Время пошло! – процедил он брату, а потом демонстративно прижал меня к себе так крепко, что потемнело в глазах.
Но стоило мне жалобно пискнуть, как хватка ослабла.
А вот король помрачнел. Его зрачок изменился, вены вздулись, а на лбу выступила испарина. Оборот начался, и протекал он крайне болезненно для Тарка. Я не могла этого видеть. Просто не могла, ибо в душе страдала вместе с монархом.
Через минуту я сдалась и, памятуя о том, что в присутствии маркиза оборот всегда проходил легче, взмолилась:
– Терри, братишка, ну сделай же хоть что-нибудь!
– Не могу! – произнес он едва слышно, подняв на меня полные боли и страдания глаза.
И столько горя и отчаянья было в его словах, что у меня даже выступили слезы, а мир потерял четкость из-за предательской влаги. Король упал на колени и хрипло, с надрывом застонал. Ему в унисон вторил и Дуоли. Боги! Он же любит Тарка! По-настоящему любит! Почему я никогда этого не замечала? Или просто не желала замечать?
Элион тяжело дышал.
– Терион! – крикнула я, когда король завалился на бок и его тело задрожало как в припадке. – Терион! Он же не переживет этого оборота!
Маркиз вздрогнул. По его щекам текли слезы. Он расправил плечи и шагнул к королю.
Король пришел в себя и с силой отбросил Териона, заставив того пролететь несколько метров по платформе.