Маркиз знал и все же сделал это, спасая любимого от раздирающей на части боли.
– Дуоли жив, – повторил герцог, понимая, что я все еще не могу поверить в это.
– Терри жив? – прошептала, приоткрывая глаза.
– Посмотри сама, малышка, – усмехнулся Элион, кивнув в сторону, где суетились целители.
Там, на носилках, бледный и осунувшийся, лежал Терион Дуоли. Словно почувствовав мой взгляд, он пошевелил рукой и слабо застонал. Жив! Жив… Вот только Тарк дернулся, как от удара. Взгляд короля заледенел. Монарх выпрямился, расправил и без того широкие плечи, а потом скрылся в портале, так ни разу и не обернувшись.
Судьба – странная штука. К одним щедра, а других обделяет даже самым необходимым. А может быть, все обстоит совсем не так? Может, обделенные люди просто не сумели взять то, что так щедро предлагала им судьба? Не рассмотрели вовремя? Упустили свой шанс? Слабое утешение, но оно вселяет веру, позволяя думать, что у жизни нет любимчиков.
Надеюсь, и Тарк, и Терри когда-нибудь отыщут свое счастье, как нашла его я, ибо нет людей достойнее.
Дальше был переход, тишина покоев, свежесть воды и аромат пены, ласковые губы моего дракона, нежные касания рук и взгляды, полные огня и безграничной любви. А потом ящерица получила свой десерт… и еще один… и еще… Любовь к сладкому оказалась настолько заразной, что и я с нетерпением ждала новых трапез, наполненных чувствами и древним, как мир, истинным смыслом."
"– Сэмми, любимая, – шептал он, целуя мою шею, а я напрягалась и ждала продолжения, ибо коварству ящериц нет предела.
– Предлагаешь задуматься над увеличением популяции? – лениво отвечала я.
– Задумываться поздно, родная. – Муж спускался поцелуями к груди, вырывая из меня томные стоны. – Популяцию давно следует увеличить.
Вот же ящерица! И ведь не поспоришь! Хотя возражать и не хотелось, очень уж сам процесс оказался сладостным.
Прошла неделя. Жизнь наладилась и мерно текла своим чередом.
Однажды я потребовала пропустить меня к маркизу, но проще было восстановить завесу, чем пробиться в целительское крыло.