— Это… Молчун, ваше благородие! — нарисовался рядом Болик.
— О! А тебя чего не вздёрнули? — усмехнулся я и сплюнул кровь. Оказывается, с пробитыми лёгкими не так-то просто разговаривать!
— Я стажёр и курсант Академии, — расстроенно развёл руками пацан. — Меня не за что вешать…
Он испуганно перевел взгляд на стоящего рядом злодея и добавил.
— Пока…
— А их за что? — спросил я.
— Они не смогли заплатить налог, — косясь на «космодесантника» выдал Болька.
— Херасе, у вас тут налоговая полномочия имеет! — невольно восхитился я.
— Что это? Подними! — величественно сказал злодей Болику, указывая на моё ружье.
— Извини, Молчун, — буркнул малой, подавая врагу требуемое.
Тот прищурился и брови его поползли вверх.
— Уникальное Оружие! Первый раз вживую вижу! И… Чёрт! Эта сволочь его к себе привязала!
— Да, я такой! — хмыкнул я и сплюнул гаду на блестящий сапог. Но, сил было мало, поэтому я немного не доплюнул.
— Всё равно отдам князю в коллекцию! А ты, убил дружинника! И тебе за это полагается смерть! — зловеще прошипел злодей, но о чём-то задумался. — Тебе и так-то смерть полагалась, но теперь у тебя будет двойная смерть!
— Он что, тупой? — спросил я у Больки. — Я же воскресну?
Болька молчал.
— Эй! — попытался повысить я голос, но закашлялся. — Я же воскресну, правда?
— Нет, — выдавил из себя расстроенный пацан. — В нашем мире Система не работает…
— Да ну нахер! — расстроился я, и повернулся к «налоговику».
— А ты попробуй меня остановить, — злобно ухмыльнулся гад, доставая из кобуры пистолет и направляя его мне прямо между глаз.
И тут случилось странное… Какой-то полупрозрачный комочек выскочил у меня из-за спины, высоко подпрыгнул и впился в морду мерзкому налоговому служащему. Тот дико заорал, попытался отцепить от себя это «что-то», но получилось это только вместе с правым глазом, который, мной подзабытая Сонька, у него каким-то образом выколупала.
— А-а-а!!! — заорал враг и выстрелил в меня. Мимо. Еще раз. Снова мимо. Кажется, правый глаз у него был ведущий. — Убейте его!!!
— Ну, прощай, Болька, — прошептал я, пока одноглазый прыгал и орал от боли.
— Прощай, Молчун, — грустно кивнул малец и тут застучали винтовки.