— С подобными вопросами к Потёмкину приставай или Николаю.
— Как будет угодно, — советник поклонился. — Я могу идти?
— Иди и не забудь про богов! — выкрикнул вдогонку император."
"Как только советник покинул кабинет, император задумался. Мелкий паршивец и здесь его обскакал. Но дело даже не в ревности, которую он испытал, услышав про богов. Император и сам понимал, что вокруг него в последнее время начали твориться непонятные и иногда необъяснимые события. Например, откуда у европейских коллег появились столь сильные твари? Почему на востоке империи активизировалось так много террористических групп? Почему Китайская Империя задумала экспансию именно сейчас? Так много почему, и тут сам Эраст в открытую намекнул, что против Российской Империи ведётся непонятная игра, которую затеяли далеко не люди… Это многое объясняло, но вопросов меньше не становилось…
Император вздохнул.
Глава 3
Мы палили из пушек около получаса, заливая всю местность вокруг пробоя огнём.
Тварей с белоснежной растительностью на теле и мощными рогами я решил назвать снежными демонами. Название им полностью подходило, здоровые, свирепые хищники. Возможно, они относятся к теплокровным тварям, но это не точно… Хотя…
— Толя, — я подозвал друга, — Что можешь сказать о тварях? Теплокровные?
— Ты будешь удивлён, но нет, — Толя улыбнулся, — На сто процентов хладнокровные.
— Подожди, а как это возможно, если там температура за минус пятьдесят, — удивился я, — Да я там чуть не сдох на несколько секунд, проведённых без артефакта защиты…
— Не знаю, но кровь, которую я взял для анализа, показала температуру минус двадцать девять, — он пожал плечами, — Видимо, это врождённый дар…
— Врождённый дар… — я хмыкнул, — Интересно… Но это объясняет причины, по которым их кровь не замёрзла.
— Когда я ел сердце этого зверя, — Вельди указал на труп второго снежного демона, — Оно было очень холодным, я бы даже сказал ледяным. Было непросто, но я справился.
— Ну ты даёшь… — я усмехнулся, — А мог бы просто подогреть его магией, ну или на мангале…
— Тебе не понять! — фыркнул он, — Демон сам выбрал свою судьбу, и я бесконечно уважаю его выбор.