– Ну, раз ты считаешь Эвелину продажной... Придется ее продать.
– Кому?
– Да есть один господин, который любит восточные сласти и таких вот девушек. Как думаешь, за двадцатипятилетнюю она сойдет?
– Вполне. Выглядит-то она – хоть куда!
– Ну все, будем считать, что участь ее решена. Абрикос, надеюсь, тебе снова поможет?
– Абрикос никогда мне не откажет. Только, Полина, я не понял, что ты собираешься сделать?
– Продать твою Эвелину в бордель. Если уж она сама продавала себя мужчинам, то почему бы это не сделать и нам?
Я подошла к телефону и набрала свой домашний номер:
– Дед, ты не спишь?
– Нет, Полетт.
– Тебе нетрудно будет связаться сейчас с твоим приятелем... ну, этим... Мануком Хачатуровичем?
– Думаю, нетрудно.
– Тогда свяжись и договорись сегодня сыграть с ним в покер. Можешь даже пригласить его к нам. А еще запомни: сегодня ты должен проиграть ему. Понял, дедуль? А потом твой приятель получит подарок в счет проигранных денег.
– Ты говоришь загадками, Полетт.
– Позже все объясню.
– Хорошо, как скажешь...
– Ну вот, – повернулась я к Николаю, – сегодня, возможно, мы нашу красавицу определим работать по ее специальности. В массажный салон. Она ведь мечтала об отдельной жилплощади и большом количестве мужчин? Будет ей и то и другое!
По счастью, у меня осталось небольшое количество снотворного с прошлого дела. Этим снотворным время от времени моего деда снабжал его старинный приятель, главврач нашей городской больницы – милейший добрейший и интеллигентнейший человек.
– В общем, Николай, план такой. Ты приглашаешь Эвелину к себе домой, поишь ее чаем вот с этими двумя таблеточками...
– Эта зараза чай не любит, предпочитает кофе."
"– Да на здоровье! Нальешь ей кофе, а когда она отвернется, бросишь в чашку две таблетки.
– Может, дать ей таблеточек побольше? Пусть красавица уснет вечным сном...
– Зачем? Она никого не убивала. Не стоит превышать пределы необходимой самомести. Итак, как только Эвелина начнет засыпать, ты спустишься с ней во двор и сядешь в свою машину.