Да, именно поэтому и перестала приезжать в гости — не хотела, чтобы все поняли, что ребёнок всё-таки от Ромы, хотя до этого я утверждала обратное все пять лет и наотрез отказывалась от теста ДНК.
— Мы тебя как родную готовы были принимать, несмотря на то, что Роман и слышать о тебе не желал, — вздохнул Пётр Сергеевич. — Наташа столько переживала, плакала ночами из-за вас. А ты нас просто обманула, Катя, утаив такое счастье — малышку. Она не только твоя, в ней и моя кровь тоже. И продолжала бы лгать ещё долго, если бы не была вынуждена привести сегодня её сюда.
— Простите, — прошептала я, чувствуя, как жар стыда опаляет щёки. — Дело не в вас, вы же понимаете. В… вашем сыне.
Даже имя его произносить мне было трудно.
— Катя, Катя… — укоризненно покачал он головой. — В общем, буду держать тебя в курсе. А теперь, пожалуйста, дай мне отчет по отделам, я за ним, вообще-то, и пришёл.
— А, да, простите, — засуетилась я и вынула из шкафа нужную папку.
— Ясно. И куда ты её завтра?
— Не знаю, — опустила я голову.
— Понятно всё, — хмыкнул Пётр. — Завтра привезёшь к Наташе ребёнка. Она позаботится о ней. Нечего таскать Олю в офис. Адрес помнишь, надеюсь?
— Да, помню…
Только ехать туда мне совсем не хотелось. Этот дом, где полно воспоминаний, этот дом, где все ещё живёт призрак нашей с Ромой любви, после которой я боялась не выжить.
— Вот и отлично. Завтра утром она будет ждать вас, я предупрежу.
— …Хорошо, — пришлось мне согласиться.
Во-первых, иного варианта у меня так и так не имелось, а во-вторых, спорить с Петром — дело бесполезное.
Он забрал её и ушёл, а я обессиленно осела на диван в приемной Петра.
Глава 3
Катя— Мам, смотри, какого я зайца нарисовала!
Оля подбежала ко мне со своим рисунком и вручила его мне в руки.
— Очень красиво, детка, — улыбнулась я, даже не поняв, что на листе изображено, — мои мысли были совсем не здесь.
— Правда?
— Да, конечно.