Нас интересовало главное: когда вода проникла по бронхам в легкие, или, говоря проще, стала ли она причиной смерти? Доказательством в таких случаях служит вспененная вода, частички грязи и ила в трахее, бронхах и легочной ткани. Мы нашли след.
— След чего? — спросил Бурдо.
— Похоже, в воду погрузили уже мертвое тело, — ответил Сансон.
— Что же касается состояния диафрагмы, — продолжил Семакгюс, — то смерть при погружении в воду происходит от остановки дыхания, и диафрагма должна находиться в приподнятом состоянии.
— А в этом случае?
Оба анатома неуверенно переглянулись.
— Понять сложно, ибо явление практически не выражено.
Семакгюс развел руками.
— Если рассуждать, было ли погружение добровольным или насильственным, надо признать, сегодня наше искусство не в состоянии ответить на этот вопрос. Надобно изучить обстоятельства дела, улики, в том числе и самые незначительные, узнать историю жертвы, короче говоря, провести расследование. Надо предоставить магистрату возможность как следует обыскать место, где нашли тело, оценить угол наклона берега, поискать привязанный к телу груз или веревку, которой могли быть связаны руки, оценить беспорядок в одежде и тысячу прочих улик, на основании которых будет возможно делать новые выводы.
— А еще хорошо бы выяснить, — добавил Сансон, — не была ли жертва при жизни подвержена головокружениям и нет ли на ее теле каких-нибудь подозрительных повреждений.
— Следовательно, — подвел итог Николя, — вы не в состоянии просветить нас, было это убийство, несчастный случай или самоубийство?
— Нет, — ответил Семакгюс.
И он лукаво посмотрел на Сансона.
— …мы намерены предложить вам иные соображения, способные заинтересовать вас.
— И помочь нам сделать правильные выводы?
— Надеюсь. Ибо мы поначалу поспешили, внутренне согласившись с вами, что речь идет об утопленнике.
— Что вы хотите сказать?
— Что мы долго топтались вокруг истины, ибо умом нашим завладела мысль об асфиксии в результате погружения в воду.
Он откашлялся.
— Уверен, многие из наших собратьев пропустили бы весьма существенные мелочи и прошли против главного факта, позволив восторжествовать результату, полученному «на первый взгляд».
— Если бы трупы могли говорить, — насмешливо произнес Бурдо, — сегодняшний покойник подтвердил бы или оспорил ваши выводы. Похоже, ваша работа доставляет вам удовольствие. Что ж, всегда к вашим услугам.