Версальский утопленник

— А найденная у него в портфеле загадочная бумага с непонятной фразой, которую я уже заучил наизусть: «Если Гораций не перейдет Рубикон, придется искать другие пути»? Что она означает?

— Дополню твой вопрос: почему он сохранил этот листок?

— И как же он это объяснил?

— Торговля книгами, изданными в Гааге; книги поступают в Англию, а потом в обход таможни ввозятся во Францию. Но война и морские баталии препятствуют поставкам книг. Речь, кстати, идет не о запрещенных авторах, а всего лишь об изданиях латинских писателей.

— После скаковых лошадей — торговля книгами!

Ого, а ведь сейчас промелькнула тень Ноблекура, подумал Николя. В нынешнем крайне запутанном расследовании имя латинского автора всплывало уже не в первый раз.

VI

ВСЕГО ПОНЕМНОГУ

Лис славится своей хитростью.

БюффонБурдо, перенявший манеру Николя сообщать самые интересные сведения на закуску, и в этот раз не отступил от своей новой привычки. Как и предполагалось, он встретился с инспектором Марэ из полиции нравов и комиссаром Фуко, в чьем ведении находились караульные отряды, патрулировавшие места общественных гуляний и изгонявшие оттуда тех, кто предлагал себя приверженцам греческой любви.

Из их скупых слов Бурдо удалось сделать вывод, что Ренар часто появлялся в местах их дежурств, однако никто не ставил ему это в упрек. Считалось, что Ренар посещал сомнительные места в поисках новых осведомителей, а непристойные истории всегда могли стать орудием давления на нерадивых агентов. Подобные методы облегчали инспектору выполнение его основной задачи, а именно надзора за книгопродавцами. Во всяком случае, оба полицейских поддержали эту версию, сделав вид, что безоговорочно верят всем объяснениям своего собрата, хорошо принятого при дворе.

— Поддержка, которой он пользуется, несомненно, играет не последнюю роль в расстановке сил, безоговорочно сложившихся в его пользу. Поэтому хорошо бы поскорее побеседовать с его ганимедом из Воксхолла. Сегодня, в шесть вечера, у меня по этому поводу назначена встреча с Филином.

Без сомнения, он отыщет нам этого молодца.

— Но это еще не все. Я разговаривал со стариком Матье.

Услышав это имя, Николя задумался.

— Не он ли работал некогда с комиссаром Ларденом?[38]

— У тебя прекрасная память. При Лардене он был кем-то вроде секретаря и старательно вел записи, касавшиеся кабачков и трактиров, где велась подпольная игра. Похоже, он действительно оказался честным человеком, во всяком случае, крушение дома Лардена не увлекло его за собой.