Из Норчии, не так ли?
Барбекано кивнул головой.
— Вы знакомы с его семьей? Не знаете, есть у него брат?
— Я гораздо старше его и покинул свою провинцию задолго до того, как он прибыл во Францию. Однако помнится мне, что во времена моего детства в городе жил аптекарь с таким же именем. Увы, больше я ничего не могу вам сказать.
— Ваши показания вкупе с имеющимися у нас сведениями во многом проясняют ситуацию, и — не стану скрывать — свидетельствуют в пользу вашей честности и порядочности.
— О, я счастлив это слышать из уст друга господина де Лаборда, коего я имел честь принимать у себя за столом.
— Сударь, — промолвил Николя, растроганный достойным ответом Барбекано, — я очень вам признателен и прошу вас, поверьте, мне самому очень жаль, что служба королю иногда вынуждает нас докапываться до истины не самыми изысканными способами. А теперь, сударь, скажите, где живет Винченцо Бальбо?
— В местечке под названием Лаорнэ, при выезде из Версаля, возле дороги Сатори; у него там маленький домик.
— Вы бывали там?
— Один раз, и очень давно.
— Не окажите ли вы нам услугу и не проводите ли нас туда?
— Сударь, я всего лишь старик, но если мои услуги нужны и полезны королю, я не стану торговаться. Мне надо лишь несколько минут, чтобы одеться.
Экипаж Бурдо мчался во мраке ночи. Николя отметил, что, сев в карету, Барбекано тотчас заснул, что свидетельствовало о чистой, не запятнанной ложью душе. Сам он по-прежнему пытался отогнать неодолимо осаждавшие его мрачные мысли.
Отыскать жилище Бальбо в кромешной ночной тьме оказалось не просто. Пришлось выйти из кареты, зажечь потайные фонари и долго блуждать в потемках, возвращаясь в одно и то же место, пока наконец за высаженными в ряд деревьями они не увидели старый дом, напоминавший ферму.
Они вошли в зал с низким потолком, обставленный под гостиную, с большим каменным камином, креслами и столом. У стены стоял клавесин, всюду валялись книги и музыкальные инструменты.