Потрогать бы. Мягкая такая, гладкая. Вкусная вся. Аж трясет, какая вкусная. Первая, кто знает об уродстве и моем бессилии в этом, хм, щекотливом вопросе, а смотрит так, будто значения не придает и в глазах ее я обычный мужик, за спиной которого можно укрыться.
Вперед не рвется, заняла позицию на вторых ролях незаметно так и вынуждает меня ведущим быть в отношениях, решения принимать, вперед идти. А стоит замереть, устать, задуматься, так Вера тут как тут, на шаг позади, как и обычно. Надежно с ней, что ли. Не привыкнуть бы.
Встретились бы мы раньше, Вера, – усмехаюсь – лет восемь назад например, никому бы тебя не отдал, никого бы не подпустил. Или Кустов и тут пробился бы?
Посмеиваюсь, как дурак. Что смешного-то? Что ты слабак и трус? Весело тебе, неполноценный? Вон до чего девушку довел: спит, будильник не слышит после приключений твоих идиотских. Рискованных.
Ладно, уходить надо.
Спи, Вера, отдыхай. Сделать бы для тебя что-то в благодарность, приятно ведь чертовски, когда тебя выбирают. А ты вчера меня выбрала, я чувствовал.
Провожу кончиками пальцев по мягким волосам, по нежной идеальной тонкой коже. Так страшно к ней своею прикасаться, боюсь, что испорчу, поцарапаю, болью своей запачкаю, страхами. А Вере и своих хватает.
Она улыбается, потягивается, открывает глаза и смотрит на меня.
– Привет, – говорит.
– Привет, – тоже невольно улыбаюсь.
– Ты не сердишься?
Я напрягаюсь.
– На что?
– Ну, что изменила тебе вчера. Немножко.
– Забыл уже. А ты не сердишься? – спрашиваю на всякий случай.
– Ты тоже изменил? – Вера вдруг подскакивает, смотрит на меня, глаза молнии метают.
Перемена в настроении ошарашивает. Я подтягиваюсь на кровати, откидываюсь на спинку и смеюсь. Вера прожигает взглядом, прям не спрятаться, не скрыться.
– Никогда не прощу, слышишь? Ни поцелуя, ни объятий. Мой, – заявляет, тыча пальцем в пиратский флаг под майкой."
"Ага, будто я еще кому-то могу приглянуться, кроме извращенки Алисы.