За воротами обнаружилась пара стражников, проверяющих всех въезжающих, и еще один человек, лет сорока на вид, сидевший чуть поодаль и аккуратно счищающий ржавчину со старого ножа. Выражение его лица было скучающим и одет он был не в привычную уже серую форму, а в темно-синюю одежду, напоминающую мантию Кастиана, в которой принц был, когда я нашел его в проклятом лесу. Правда, у этого человека мантия выглядела более дешевой по материалу, более простой по покрою и более удобной для движений.
— Стойте! Сильное заражение демонической скверной! — человек в темно-синей одежде так стремительно вскочил на ноги и приблизился к нам, что показалось, будто он переместился в пространстве.
Я окинул мысленным взором свое имущество, но не смог вспомнить ни о чем, что могло быть заражено.
Аману между тем сверлила взглядом человека, преградившего нам дорогу.
— Объясните толком, светлейший!
Светлейший?
О, точно!
К кому еще будут так обращаться, как не к жрецу Пресветлой Хеймы?
А еще я вспомнил слова Аманы о том, что жрецы единственные безошибочно определяли демонов и одержимых демонами. Значит, и скверну они тоже видели.
— Прошу прощения, дана, но вам всем нужно немедленно спешиться и отойти в сторону, — сухо сказал жрец.
Интересно, что он не выделил меня отдельно, как я ожидал. И как явно ожидала Амана.
— Где вы взяли этих лошадей? — спросил жрец спустя минуту внимательного разглядывания наших случайных скакунов. На нас всех, когда мы спешились, он бросил лишь один короткий внимательный взгляд, и я был уверен, что на мне его глаза не задержались ни на мгновение дольше, чем на ком-либо другом.
— Что с ними? — потребовала Амана.
— Покрыты сильнейшей скверной, но изменений пока не началось. Заражение очевидно свежее.
Я вспомнил группу богато одетых всадников, лишившихся лошадей. Амана явно подумала о них же."
"— Это были демоны! — сказала она тоном человека, которого вдруг осенило. — Ты, — она резко развернулась к одному из стражников, покрой одежды которого немного отличался. Должно быть один из младших офицеров.