Вцепившись одной рукой в каменную стену, чтобы не потянуться к ней, не уткнуться лицом в этот восхитительный изгиб ее шеи и не вдохнуть ее аромат, он сумел улыбнуться.
— Ты занималась сноркелингом, водными лыжами и парасейлингом. Загорала и исследовала остров. Так что, может быть, это ты расскажешь мне, какой у тебя план на сегодня?
Ее глаза сузились, и он снова ощутил предвкушение возможности сразиться с ней.
— Если бы я не знала вас лучше, я бы подумала, что вы теперь жалуетесь на то, чего раньше сами хотели от меня, ваше величество.
Он привык, что все вокруг него обходительны до подобострастия. Но не его жена. Она использовала его титул, когда была в ярости, и ей было наплевать на последствия.
Краем глаза он заметил тень, которая могла быть садовником, начинающим свою работу, и это стало оправданием для того, чтобы протянуть руку и прикоснуться к ней. Заправить выбившуюся прядь волос за ее ухо и провести пальцами по ее шее.
Ее дрожь одновременно успокаивала и заряжала его энергией.
— Может быть, я жалуюсь, — сказал он тихим голосом. — Может быть, мне надоел статус-кво, и я хочу немного изменить ситуацию.
Она сделала еще один глоток кофе.
— Изменить ситуацию… как? — спросила она с настороженностью в голосе.
Он не собирался признавать, что не знает. Не собирался признаваться, что отчаянно ищет слова. Что он собирался сделать, так это перестать бороться с этим желанием, которое пожирало его заживо.
— Достаточно основательно, чтобы я мог немного поспать ночью, — прорычал он, прежде чем быстро забрать кофейную чашку из ее руки.
Ее вздох коснулся его губ как раз перед тем, как он задушил его поцелуем, а затем застонал, когда она открыла свои губы. Поцелуй был твердым, глубоким и достаточно коротким, чтобы обозначить все, что он хотел. Все, что он собирался сделать с ней. И когда он отстранился так же резко, как и приблизился, он держал ее в своих руках.
— Поцелуй меня в ответ, — потребовал он хриплым, нуждающимся голосом. — Пожалуйста.
Ее руки затрепетали, и он затаил дыхание, но мгновение спустя они замерли, упершись ей в бедра.
— Здесь никто на нас не смотрит, Джавид.
— Тогда прикоснись ко мне, потому что ты этого хочешь.
Ее глаза расширились, и он снова поймал этот любопытный и дразнящий взгляд.
— Джавид… я… мы не должны…
— Наоборот, мы должны делать все, что хотим. Но не убеждай меня, Анаис.