Они выжили в шторме и теперь пристали к гавани. И после долгих лет странствий Пен наконец-то оказалась дома.
Эпилог
Фентонуик, Дербишир, декабрь 1828 года"
"Проснувшись в своей спальне, Пен тотчас же увидела Кэмдена, сидевшего с ней рядом. Он откинул с ее лба волосы и улыбнулся, когда она открыла глаза. Улыбка же его была наполнена такой любовью, что Пен задрожала всем телом. Даже теперь, спустя месяцы после признаний в убогом номере ливерпульской гостиницы, Пенелопа не переставала изумляться тому, что ее мечты стали явью.
– Привет, – сонно протянула она, улыбаясь в ответ.
– Привет. – Кэм поцеловал жену с такой сладостной нежностью, что по ее телу снова прокатилась дрожь. – Как ты себя чувствуешь?
– Как сердитая слониха. – Пен позволила Кэмдену помочь ей сесть и откинуться на подушки. – Твой сын не давал мне спать почти всю ночь. Он явно жаждет общения.
Кэм тихо рассмеялся.
– Моя дочь такая же неугомонная, как и ее мать.
Этот дружеский спор относительно пола будущего ребенка продолжался на протяжении нескольких месяцев.
– Девочка или мальчик, – но этот ребенок лягается точно мул. – Пенелопа перехватила руку мужа и положила ее туда, где еще один Ротермер настойчиво заявлял о своем существовании.
– Еще одна сильная личность. – Кэмден постарался придать своему голосу ироничность, но Пен видела, что он очень доволен.
– Который час? – зевнув, спросила она.
– Почти четыре. – Кэм поцеловал жену в живот и поднялся с кровати. Затем подошел к окну и раздвинул шторы. Снежный день наполнил спальню мягким светом. – Пен, почему ты улыбаешься?
Кэмден смотрел на жену так, словно перед ним сидело самое восхитительное существо на свете.
– Снег напомнил мне о нашем путешествии через Альпы. Ты и понятия не имеешь, как сильно мне хотелось сунуть тебя головой в сугроб.
Кэмден рассмеялся.
– Я этого заслуживал.
– Так и есть, – кивнула Пен. – Но я рада, что не сделала этого.