– Несмотря на частые паузы, голос Пен оставался таким же твердым, как и взгляд. – И вот теперь ты спас меня от смерти. Снова спас.
Однако Кэм не нашел успокоения в этих ее словах. Пенелопа явно говорила о конце их отношений, а вовсе не о начале.
– Это был мой долг, – ответил он.
– Теперь уже нет, – сказала Пен, убрав руку с его груди. Ее чудесное лицо лишилось румянца и носило печать усталости. И еще оно было невероятно печальным.
– Это путешествие оказалось очень непростым для нас обоих, – продолжала Пенелопа.
Что ж, Пенелопа была права. Потому что она была мудрее. Мудрее, чем он.
Уткнувшись подбородком в ее макушку, Кэмден устремил невидящий взгляд на приближавшийся берег. Как Пен и сказала, по прибытии в Англию их дороги разойдутся. Его жизнь вернется в прежнюю колею, и он снова станет всемогущим герцогом Седжмуром, пытающимся очистить от пятен имя семьи.
Кэм должен был испытывать удовлетворение, но почему-то чувствовал себя так, словно из груди его вырывали сердце раскаленными докрасна щипцами.
Глава 13
Когда лодка коснулась бортом каменной пристани, отсутствие качки показалось Пенелопе настоящим чудом. Но она по-прежнему чувствовала себя ужасно – даже дышать было больно. И по-прежнему дрожала от холода, несмотря на все попытки Кэмдена согреть ее. Должно быть, он проклинал ее из-за потери яхты и всего экипажа.
Напрасно он спас ее, лучше бы она утонула. Но Кэм конечно же не мог этого допустить. Потому что был слишком благороден. А то предложение, которое он ей сделал перед тем, как яхта пошла ко дну, стало исключением, лишь подтверждающим правило. Она тогда ужасно на него разозлилась, но сейчас, вернувшись с того света, уже не могла на него сердиться. Тем более что Кэм, спасая ее, сам едва не погиб.
Тут один из моряков начал привязывать лодку к металлическому кольцу у мола.
Когда Пенелопа попыталась встать, ее ноги подогнулись, но Кэм тут же подхватил ее на руки.
– Позволь тебе помочь, – тихо произнес он.
– Да, хорошо.
Дышать полной грудью после долгого пребывания под водой было настолько больно, что Пенелопа поначалу менее всего думала о приличиях. Но вот сейчас, когда, несмотря на непогоду, вокруг них собралась толпа, она была рада, что укрыта одеялом.