Вначале всё начиналось как забава и как способ проучить высокомерную девку, испортившую мне жизнь и отправившую в ад на земле.
Но сейчас… Сейчас мне хотелось намного большего, чем просто месть. Смотря на этот лакомый кусочек, я едва сопротивлялся желанию завалить ее.
Мадина
– Я замерзну раньше, чем нас обнаружат! Боже, как же холодно! – слыша, как начинают стучать друг о друга зубы, запаниковала я. Я и так чувствовала себя не очень хорошо, а после того, как мы уже десять минут проторчали в этом холодильнике…
– Думаю, теперь у нас есть только один выход, – твердо заявил мажор, вновь надвигаясь на меня и с каждым шагом заставляя отступать.
– Какой выход? – продолжая стучать зубами, с надеждой спросила я.
– Согреться теплом наших тел. Сама понимаешь, мы с тобой единственный источник тепла, который есть в этом холодильнике.
– Что за чушь?! Держись подальше! – выставила я вперед руку, ощущая, как уперлась спиной в стеллажи.
– Это не чушь, малышка, ты что, физику не изучала? Хочешь превратиться в ледышку? – протягивая ко мне руки, говорил он, не обращая внимания на мою удвоившуюся панику.
– Не прикасайся… Апчхи!
– Вот видишь! Тебе нужно тепло моего тела даже больше, чем мне твое! – веселился он за мой счет.
– Какая же ты скотина! – шмыгнула я носом, чувствуя, что слабею и не могу стоять.
– Что я говорил насчет твоего язычка? Еще одно неуважительное слово, и я найду для него лучшее применение, и не жалуйся потом… Черт! Эй! Только не думай падать в обморок! Слышишь?
Но я уже не слышала, забытье было таким сладким, в нем не было этого мажора и его очередных угроз.
Глава 7
Ратмир
– Эй, ты чего? – подхватил я принцессу на руки и стал искать место, куда присесть, но здесь были только ящики с накинутыми на них пледами. Выбрав один, я уселся на него, устраивая девушку на коленях, а потом стал похлопывать по щекам вредную принцессу, у которой стремительно синели губы. Надо как-то отсюда выбираться, не хватало мне только обвинения в убийстве!"
"– Эй, очнись, – я растирал холодные руки и тонкие пальцы с кольцами, но девушка в моих руках не шевелилась, тогда я снял пиджак, извернувшись так, чтобы не пришлось снимать ее со своих коленей, и надел его сверху.
Мадина стала моргать и хлопать ресницами, шевелясь в моих объятиях. Засмотрелся на нее. Красивая она, как кукла.