Его слова заставили глупое сердце забиться в ускоренном ритме, и, как бы я ни говорила себе не верить в пустые слова бабника, который не пропускает ни одной юбки, я не могла не попасть под их власть. – Я не позволю тебе…
– Будешь шантажировать? Покажешь запись дяде? – разозлилась я от его слов. Какая же я все-таки дура! Чего еще от него ожидать?!
– Нет. Просто не позволю тебе стать его! – прошептал он уже без злобы, и тут я почувствовала на своем запястье влагу.
– Что это… – дернулась я, и Ратмир, выругавшись, отпустил мои руки.
– Так обрадовался твоей предстоящей свадьбе, что неудачно сжал бокал, – хмыкнул он, морщась.
– Ты псих…
– Но тебе ведь нравится этот псих.
– Самодовольный к тому же, – судорожно вздыхая, сказала я, не в состоянии отойти от его поцелуя. Кто бы мог подумать, что это так сладко и горько одновременно? Этот парень словно околдовал меня.
– Обойдусь, – скривился он, тряхнув ладонью и даже не реагируя на боль, хотя кровь крупными каплями стекала на пол и пачкала дорогой ковер.
Ничем его не пронять. Всегда был таким и остается.
Дерзким психом, который и меня заражает своим безумием.
– Ратмир, – сказала я тихо, впервые позвав четко и по имени.
Он вздрогнул, как дикий зверь, которого поманили куском мяса. Посмотрел мне прямо в глаза, а потом на свою руку, сжал ладонь, видимо, наконец осознав, что может истечь кровью.
– Пойдем, – позвал он меня, и я, хоть и знала, как опасно разгуливать с ним по дому, пошла следом. Мы прошли по коридору, он даже не оглядывался, плюя на все правила и запреты. Добрался до комнаты и открыл дверь, с дьявольской улыбкой подзывая меня к себе.
Только перевязать рану. Я только позабочусь о ране. Так я убеждала себя, прошмыгнув в проем двери, чтобы побыстрее спрятаться от случайных гостей в коридоре.
– Меня будут искать, – сказала я ему, быстро повернувшись и ища взглядом вход в ванную комнату, где, я надеялась, была аптечка.
– Тебе не надо ничего никому объяснять, принцесса, – подошел ко мне Ратмир и поймал длинную прядь волос, выбившуюся из прически. Представляю, в каком я была беспорядке. Потеребил ее между длинных пальцев и заправил за ухо, приласкав мочку. – Просто загадочно улыбайся, как ты умеешь, и дядя, как и любой другой мужик, будет целовать землю возле твоих ног.