Нормальные современные отношения.
С Захаром всё было иначе. Он заставлял её прогибаться. Показывал на место, которое по его домостроенному мнению должна занимать женщина.
И это место было одно.
Под ним.
Агату затрясло. С каким бы удовольствием она вцепилась ему в глотку! Пустила его кровь! Уничтожила! Никогда не замечала за собой кровожадности, а тут….
Убила бы, если смогла!
Но мерзавец силен. Отец сказал, что он самый сильный из всех живущих оборотней.
Самым страшным было другое.
Она безумно его хотела.
Что он делал с ней…с её телом…. Полная Луна, что он делал….
Агата мотнула головой, отчего её прямые светлые волосы разметались по плечам, и распахнула входную дверь.
Захар стоял к ней спиной. Смотрел на огонь. Он не обернулся, не пошевелился. Как стоял, так и продолжил стоять.
У Агаты оборвалось сердце. До чего же он хорош….Невероятно хорош. Настоящий зверь. Сильный.
И властный.
Мужчина.
Она сглотнула подступивший к горлу ком, и прищурила глаза.
Он снова дает понять, что он хозяин их отношений.
Агата хотела уже возмутиться и сказать, что-нибудь нагло-пахабное, когда услышала его спокойное:
– Я говорил тебе, в каком виде ты можешь входить в мой дом?
Агата вздрогнула и снова шумно сглотнула.
– Да….
– Почему тогда ты посмела войти одетой?
Его голос оставался спокойным. Раздражающе спокойным. И одновременно безумно возбуждающим.
Тело Агаты завибрировало. Да как он смеет!.. Снова отдает приказы!
– Раздевайся или уходи.
У него всё очень просто. Или одно, или второе. А у неё нутро выворачивает от желания и неудовлетворенной страсти. Конечно, можно уйти, можно отправиться в первый попавшийся кабак и….И что? Выискивать среди постояльцев мужчину, отдаленно напоминающего Древнего? Допустим, найдет! А дальше то что? Разве он удовлетворит её, как Захар?
Захар услышал шорох падающей одежды. Отлично. Умная девочка. Не злит его с самого начала, как было в прошлый раз. Прогресс на лицо.
Она скинула одежду и сделала шаг в его направлении.
Он, по-прежнему стоял спиной.
– Ещё… Скажешь хоть одно матерное слово, или посмеешь обозвать меня, повысить голос – вышвырну.
Агата знала, что вышвырнет.
Потому что уже делал так.
Делал!.. С ней!..С дочерью альфы!..
Кровь прильнула к лицу, и она прикусила губу, чтобы не сказать всё, что думает о нем. И сказала бы, непременно сказала бы, если бы её жадный взгляд не скользнул по его широким плечам, обтянутой коричневой тенниской.