Подпоясано тонким поясом, на котором висел небольшой кинжал с яхонтовой рукояткой. На голове её была высокая корона в виде двух змей, которые обвивались вокруг её головы и встречались на лбу. В центре круга был крупный яхонт, который светился тусклым красным светом.
Протянула она руки тонкие, их приветствуя, голос её словно ручей зажурчал по камешкам.
— Долго же я вас ждала…"
"Князь уже час рассматривал стоящие на каменной полке резные фигурки зверей. Был тут и медведь, грозно рычащий на задних лапах, стоящий из яхонта, и белка на тонкой резной ветке из муррина, олень с ветвистыми рогами из незнакомого Светозару самоцвета.
— О чём думаешь, свет мой ясный?
Не мог он ответа найти на этот вопрос: что-то тревожило его душу, а что, никак вспомнить не мог. А Хозяйка меж тем продолжила:
— К свадьбе готовиться пора, касатик. Пойдём, негоже тут истуканом стоять. — Голос её, полный нежности, никак не вязался с тем упорством, с которым она оттаскивала его от полочки, будто боялась, что увидит он там чего.
В комнате терема его уже ждал швец. Приготовив отрезы аксамита, белида, брачины, принялся за отмеры. Закончил всё, похватился да и был таков. А Светозар присел на кровать из дуба, карбункулами изукрашенную, пригорюнился. Что-то не давало сердцу покоя, будто что важное он забыл; так и тянуло его обратно к полочке со зверями дивными. Выглянул за дверь — нет никого — и шмыгнул назад.
Снова стоит, вертит фигурки в руках и вдруг увидел птицу чудную.
“— А что это за птица такая?
— Ах, детушка, ты бы видел ту птицу! Не то чтобы птица, а чудо какое-то! Голова словно из золота, с красными камнями, блестящими как рубины. Глаза — как два темных озера, в них отражаются все звезды ночного неба. А перья! Словно пламя в полдень, ярко-красные, но не простые, а с золотыми вкраплениями. И каждое перышко блестит, как драгоценный камень.