Как только Богдан и его подчиненные обустроятся в городе, так пусть сразу выходят на Казарину. Отслеживают ее и определяют дату проведения акции. Тебе никаких докладов. И вообще, предупреди Богдана, чтобы в переговорах хоть по телефону, хоть так просто между собой ни в коем случае не называли никаких имен, фамилий, не упоминали усадьбу. Их наверняка менты сразу же выпасут и начнут слушать. Богдана же припугни, мол, за его группой последует контролер с прослушкой, и если он услышит переговоры на запрещенные темы, то дни его с подельниками будут сочтены.
Абадзе-младший произнес:
– Богдан, да и Шания удивятся тому, что я посылаю их на задание, которые ранее отрабатывали другие, специально подготовленные люди. И у них возникнут ко мне вопросы.
– Ты не знаешь, как ответить? Руслан, я не узнаю тебя!
– Не узнаешь, я шокирован переданной тобой новостью!
– Ничего. Когда-то это должно было произойти. Хорошо, что мы получили нужную информацию в нужное время.
– Я понял тебя, брат, но если менты контролируют свою сучку, то они без проблем возьмут группу Богдана с поличным при проведении акции похищения, а потом вытянут из ее членов, включая Богдана, все, что они знают и о месте нахождения усадьбы, где содержатся заложницы, и о том, кто стоит за похищениями. Тогда уже нам здесь, у Карска, придется отсчитывать свои последние минуты.
Абадзе-старший сказал:
– Ты выслушай меня до конца, брат.
– Хоп, слушаю!
– Наш человек в МВД передал план действий ментов и спецназа при проведении нами акции похищения Казариной! Так вот, согласно этому плану, милиция должна обнаружить наличие слежки за девочкой и тут же сообщить об этом в спецслужбу.