— Моя дочь — студентка, мистер Казандрос, но я искренне рад тому, что она живет со мной в этом доме, а не в общежитии, — рассмеялся он.
Никос снова оглядел Софи, заставив ее замереть.
— Что вы изучаете? — обратился он к ней.
И снова этот низкий, глубокий голос с легким, едва заметным акцентом перевернул все внутри нее.
А глаза, внимательно смотрящие на нее, эти темные, темные глаза…
— Музыку, — тихо ответила Софи.
— В самом деле? На каком инструменте вы играете?
Это были вежливые вопросы, которых требовала ситуация, просто небольшая беседа между гостем и дочерью хозяина, ничего серьезного.
— На фортепиано, — произнесла она.
— Уверен, что Софи не откажется сыграть для нас после ужина, — произнес Эдвард Грантон, встретившись взглядом с удивленными глазами своей дочери.
— Мистер Казандрос остается на ужин?
— Да, ваш отец был так любезен, что предложил мне отужинать с вами, — тихо пояснил гость.
— О нет! Совсем нет! — воскликнула Софи, все еще с трудом контролируя свое дыхание. Затем она радостно улыбнулась. — Это будет просто замечательно!
— Я уже дал распоряжения миссис Ти, но было бы неплохо, если бы ты зашла к нашей экономке и спросила, не нужна ли ей помощь. К тому же сейчас я должен обсудить с мистером Казандросом дела, так что….
Она поняла намек:
— Да, конечно. Тогда… э… увидимся позже.
Софи изящно кивнула Никосу и направилась к выходу.
Он опередил ее и любезно открыл для нее дверь. Когда она проходила мимо, он внезапно улыбнулся.
— Цветы миндаля, — пробормотал он, легко проводя рукой по ее волосам, в которых запуталась пара лепестков.
Это неожиданное прикосновение вновь вызвало неуместный румянец на ее щеках.
— Благодарю вас, — промолвила Софи, смутившись, и вылетела из комнаты."
"Забыв о просьбе отца сходить к экономке, она помчалась наверх.
Никос Казандрос. Это имя разожгло пожар внутри нее. Что он здесь делает? Деловые партнеры отца, как правило, представляли собой скучных мужчин среднего возраста. Но этот человек — ах! С такой внешностью он мог бы быть знаменитостью, а не бизнесменом.
Софи рассмеялась. Ее не волновало, кто он и чем занимается.