Четыре часа, во время которых мы могли сами решать, чем хотим заниматься: ходить на общие лекции, медитировать, тренироваться или заниматься чем-то своим. Хотя время от времени нас привлекали к различным работам. Территория школы поистине огромная, чтобы все тут функционировало, нужна не одна сотня свободных рук. Не обходила подобная работа и Громового дракона, впрочем, кого-то вроде фен Харифа работать не заставляли, не по статусу. А вот мне доводилось мыть полы и убирать листву.
В свободное время я начал посещать лекции по артефакторике, чем вызвал легкое оживление среди учеников.
Как-то Мор решил составить мне компанию на такой лекции, но в итоге его хватило минут на десять, и он благополучно все проспал вплоть до конца и получил минус два балла от лектора, которому это не понравилось.
После лекции был ужин, вечерние тренировки и медитация, после чего отбой.
В таком ритме я прожил вначале неделю, затем вторую, третью. И удивительно, что никто из старших не строил мне козней и не пытался унизить. Все демонстративно меня игнорировали и избегали, но и только.
И как оказалось, это было затишьем перед бурей.
День был совершенно обычным, лекция закончилась раньше, и у меня остался ещё свободный час. Подумывал отправиться себе в комнату и заняться чем-нибудь в убежище, как путь мне преградил ученик из Голубого кита.
— Натаниэль Крейн? — спросил он.
— Да.
— Наставник Ранту просил вас пройти к третьей кладовой.
Я мысленно поморщился. Ранту один из хозяйственников, которые отвечают за территорию школы. Именно к нему мы обычно ходим, когда нам поручают работы на территории. Но почему сейчас? Обычно о работах сообщают сразу после обеда, а тот давно прошел. Но как бы то ни было, сделать вид, что я этого не слышал, не мог.
Путь до третьего склада занял минут десять, это одно из самых дальних строений, крупное трехэтажное здание без особых украшательств. Я отворил дверь, прошел внутрь и первое, с чем столкнулся, это мрак и тишина.
— Нейт, тут что-то не так… — буркнул Рю.
— Ага… — согласился я, но всё-равно пошел вперед. Все смахивало на ловушку, но вопрос, кто именно её организовал, оставался открытым.