Подлый хам своим скверным характером и полным отсутствием манер, но вниманием к некоторым мелочам и тягой к справедливости безошибочно отыскал путь к ее сердцу."
"Попрощавшись с парнями, Груня вышла из ресторана. Постояла на крыльце. Запрокинув голову, взглянула на тучки, бегущие по ночному небу. Звезд не было видно. И Груне показалось, что даже небо хмурится вместе с ней за компанию. Камера уже послушно перекочевала из рюкзака в руки девчонки, но внимание привлек небольшой белоснежный конверт, торчащий из чехла камеры.
Мысли путались и убегали, и Груня торопливо вынула телефон. Единственным человеком, с которым она говорила о своем кумире Шахове, был Вовчик.
— Вов! Ну, ты зачем?! Дорого же! — затараторила Груня.
— Ты сейчас о чем? — поинтересовался Вовчик, и тут же появился за спиной девчонки, уже переодетый в обычные линялые джинсы, свитер и дутый жилет. На голове красовалась смешная шапка с помпоном, превращая строгого админа ресторана в бесшабашного парнишку.
— Вот! — Груня потрясла перед носом друга конвертом с пригласительными билетами.
— А че я сразу? — возмутился Вовчик, хитро глядя на девчонку, — Вон, черный Мерин. Туда вопросы. А я помчался. Не скучай, крошка.
Вовчик щелкнул Груню по носу и поспешно удалился в сторону припаркованного рядом с крыльцом велосипеда. А девчонка смотрела в указанном Вовой направлении. Черный Мерседес с тонированными стеклами стоял в нескольких парковочным местах от ресторана. Грунька прекрасно знала, кому принадлежал сей транспорт. Вздохнув поглубже, Пепел подошла ближе. Водительское стекло было опущено, сигаретный дым облачком устремлялся ввысь при каждом выдохе.
Подойдя еще ближе, Груня замерла. Наклонившись, заглянула в салон автомобиля.
— Василий Павлович? — тихо привлекла к себе внимание Груня, — Вот. Я хочу вернуть билеты. Вам не стоило, они дорогие, и потом….
— Что «потом»? — перебил Василий Павлович, не глядя на девушку.