Нам хотели втюхать весь товар, а он неликвидный! На самом деле это не заказчик отказался от товара, а его забраковали, бо он зараженный! Ну ясно же! — Отчим постучал себе по лбу костяшками и заходил вперед-назад, бросая злобные взгляды на Анатолия.
Анатолий тоже был очень не рад, что связался с нами. Такая сладкая попытка развести лохов обернулась потерей времени. Мы вообще могли его наказать и не расплатиться, и он ничего не смог бы доказать.
Минуты ожидания растянулись в вечность. Повисли гильотинами над нашими головами.
Мысли оборвал появившийся на горизонте Антон Петрович. Василий замер, подался вперед, сжав кулаки, я тоже напрягся. Лицо у замдиректора было непроницаемым. Подойдя к нам, он взмахнул справками и сказал:
— Это конечно, не второй сорт пшеницы, третий, и то с натяжкой.
— Так с ней порядок? — спросил я чужим голосом.
Антон Петрович кивнул.
— Едьте вон туда, на эстакаду. Как только «Зил» съедет, так сразу и вы. — Он посмотрел на Василия. — Идемте оформлять муку.
— Я прослежу за Анатолием, — успокоил я отчима, и они с замдиректора удалились.
Я постучался в кабину, и Анатолий нехотя меня впустил.
— Сперва деньги, потом разгружаемся, — отчеканил он, посмотрел на часы. — Три часа.
— Два с половиной часа, — сказал я. — Тысяча за моральный ущерб.
Анатолий завел мотор и поехал на разгрузку под навес, я отдал справки сотруднику завода, тот показал, на какой конвейер сгружаться.
Через пару минут мы были свободными. Очень хотелось проучить Анатолия и не заплатить ему, но это спровоцировало бы новый конфликт, а я устал нервничать. Да и не стоило уподобляться уродам и поступать по-свински, потому я отсчитал пять тысяч, положил на торпеду.
— Надеюсь никогда с вами не пересечься, — отчеканил я и вылез из кабины.
Он бросил мне в спину какое-то ругательство, но его проглотил рев проезжающего мимо грузовика.
Ощущение было, будто я вылез из канализации, хотелось помыться. И ведь это не гнилушка, простой человек, но какой же отвратительный!
Василия я ждал возле закрытого «КАМАЗа», подумывая перебежать под навес, потому что дождь усилился, а у джинсовой куртки не было капюшона, но вскоре появился отчим с кучей накладных, и мы поехали на склад, где рабочие принялись грузить нам в кузов отруби и муку — вручную, мешки по пятьдесят килограммов.