– Практичный человек! Детям – мороженое, а бабе цветы купить, конечно, не догадался?
– Похоже, что так.
– Эгоист! Бабник, аферист и эгоист! Ты знаешь, что он носит ботиночки из кардавана?
– Это ведь лошадиная кожа, кажется?
– Да. Ей сносу практически нет. Говорят, люди такую обувь по тридцать лет носят и более. Но и стоит она… Ого-го! Как десять пар самой лучшей обуви из свиной кожи… Значит, очень он себя любит. За что и получит! Антон, у тебя все, больше ничего интересненького ты мне сообщить не хочешь?
– Да вроде все.
– Да уж будь любезен! И – спасибо."
"Я положила трубку. Так вот, значит, как, господин Зосимов! Мы и женщин очень любим, и денежки?.. А что вы подлогами за деньги занимались, не вызывает никаких сомнений! И если – по словам бывшей жены – это произошло хотя бы один раз, не исключено, что вы и нынче продолжаете свою неблаговидную деятельность. И кто теперь сумеет меня переубедить, что вы подкинули трупик младенца своей возлюбленной Ангелине Романовне, чтобы она выдала его взамен живого, только что родившегося ребеночка какой-нибудь несчастной мамаше? Вот гадюшник! Один липовые заключения о смерти стряпает и трупы младенцев ворует, другая… Ох, ребята, доберусь же я до вас!
* * *Главное – камера.
Я вновь надела кроссовки и спортивный костюм. Косметики – минимум, прическа – самая скромная. Я ведь спортом занимаюсь, мне не до всяких там развлечений в этой трудной жизни!
Дед встретил меня в дверях.
– О! Полетт, ты куда это в таком виде? На стадион? Побегать хочешь?
– Да, дедуля, я решила форму поддерживать.
– Похвально, это весьма похвально. Только не начинай с больших дистанций, а то мышцы заболят.
– Хорошо, дедуля.
– А секундомер у тебя есть? Засекай время и следи за пульсом.
– Ладно, дедуля.
– Ну, вперед! Спортивных успехов тебе, спринтер! En avant![1]
Я дошла спортивным шагом до своей машины и села в нее. На этом мои занятия физкультурой на сегодня закончились. Я поехала в морг.