Сейчас она введет тебя в гипнотический транс, и мы узнаем, что происходило, пока ты там, в роддоме, спала после какого-то загадочного укола.
– Ты думаешь, получится?
– Не знаю, но попробовать стоит. Зачем-то ведь тебя усыпили!
– Скорее всего, чтобы ты ничего потом не вспомнила… – добавила Алина.
– А что, по-вашему, я должна была забыть?
– Кто знает!
– Девочки, если честно, я боюсь!
– Что? Юль, поверь, я уже испытала на себе Алинино мастерство.
– Ну и как?
– Стала мамой под гипнозом.
– Ага, она все спрашивала, кто у нее родился, а я возьми и скажи: девочка! Полька так улыбнулась, широко, радостно…
Допив чай, мы усадили Юлиану в кресло, и Алина приступила к священнодействию.
– Смотри на шарик… Смотри только на шарик… Не надо ни о чем думать… Тебе хорошо и тепло. Слушай только мой голос… Сейчас я досчитаю до пяти, и ты уснешь…
Недавно я восприняла все это как шутку и даже сама не заметила, как уснула.
– Раз… два… три…
Юлиана не сводила глаз с мерно качавшегося маятника.
– Четыре… Пять!
Юлиана закрыла глаза. Я поставила стул поближе к ней и внимательно посмотрела на выражение ее лица. Оно было спокойным, расслабленным.
– Ты в родильном доме. Ты только что родила ребенка. У тебя – мальчик, хороший, здоровенький мальчик.
– Белый потолок. Врача. Кафельную стену… – слабым голосом отозвалась Юлиана.
– Что ты слышишь?
– Детский плач. Тихий, но потом он становится громче. Голос говорит: «Надо унести ребенка, она может услышать»…
– Что еще?
– Другой голос… «Она ничего не вспомнит…». Первый голос, из соседней комнаты: «Хороший мальчик… Богатырь и красавец. Почти четыре кило, и рост – пятьдесят четыре сантиметра…».
– Что еще ты слышишь?
У меня буквально мороз побежал по коже.
– «Немедленно унесите ребенка!» – «Так она же спит!» – «Унесите, я вам сказала!»… Меня куда-то везут… Мне дают ручку и бумагу. «Пиши: я, Любимова Юлиана Борисовна, зная о том, что у меня внутриутробная инфекция, скрыла это от врачей родильного дома. Подпиши здесь».