Она сама не понимала, в чем ее обвиняют, но что бы там ни было, дело худо.
Она чуть вскинула подбородок:
— Я просто хотела уверить людей, что жива и здорова.
Он обвел рукой собравшихся воинов.
— Как все они видят, ты жива и здорова, отнюдь не благодаря твоей глупости. Ну, если это все, нам нужно заканчивать тренировку, — резко бросил он. Сердце Рионны сжалось.
— Моя глупость? О чем ты, муж?
Он шагнул вперед, и она съежилась под его холодным взглядом.
— Я поговорю с тобой позже, когда гнев немного остынет. А до тех пор возвращайся в спальню и не смей ее покидать.
Она не знала, что ответить. Только неверяще уставилась на него. Что она такого сделала, чтобы вызвать такую ярость?!
Ее так и подмывало врезать ему коленом в пах, посмотреть, как он в муках извивается на снегу. Но вместо этого она плотно сжала губы и послала ему взгляд, от которого увяла бы роза в полном цвету. И повернулась, чтобы идти. Гэннон хотел взять ее за руку, но она ответила таким же ледяным взглядом. Только через ее труп она подчинится приказу мужа ждать в комнате, пока ему будет угодно разорвать ее за какую-то воображаемую провинность.
Она вошла в дом и отправилась на поиски Сары. Кэлен должен быть на седьмом небе от счастья. Ему предстоит стать отцом. А ведь он все время говорил о своем желании услышать, что его семя принесло плоды, поскольку это поможет укрепить его власть над кланом.
Теперь Маккабе и Макдоналды будут соединены кровными узами. Мечты Кэлена исполнятся. Почему же он смотрел на нее так, словно она подло предала его?
— Ты не сможешь вечно избегать лэрда, — предупредила Сара.
Рионна злобно зыркнула на нее:
— Я вовсе не избегаю его. Скорее не повинуюсь его приказу. Пусть идет к дьяволу! Подумать только, я надела для него платье!
Она с отвращением оглядела чудесное янтарное платье, теперь уже изрядно помятое.
Сара хмыкнула и снова принялась вязать. Они сидели в коттедже Сары у полыхавшего в очаге огня.
Ужин должны были подать еще час назад, но Рионна поела по настоянию Сары в тишине коттеджа.
— Теперь тебе нужно больше есть, — предупредила она Рионну. — Может, потому ты и падала в обмороки, что недоедала. В тот день не позавтракала и переутомилась.
Рионна сдалась и съела миску жаркого, но не почувствовала вкуса. Потому что перед глазами стояло разъяренное лицо мужа. И эта холодность к ней… У нее не было объяснений. Они дрались на мечах, и да, он был в плохом настроении из-за недовольства людей, но нельзя же винить в этом ее.