Вряд ли это лестно для Кэлена, но, вероятно, не стоит ее винить. Он был… черт, да он был тем, кем был!
Кэлен покачал головой и стал раздевать ее, пока она не осталась в одной камизе. Дрожащими руками он разгладил тонкое полотно.
Но ладони не встретили никаких выпуклостей. Она хрупкая, и, видно, грудь у нее не слишком велика. Зато тело стройное и мускулистое. Такого он не видел ни у одной женщины.
У него чесались руки поднять подол, стащить камизу, оставив Рионну обнаженной. Это его право. Она его жена.
Но Кэлен не мог заставить себя сделать это.
Он мог бы разбудить ее и овладеть, сделав своей, но почему-то мечтал увидеть, как ее глаза загорятся тем же пламенем желания, которое чувствовал сейчас он сам. Нельзя, чтобы она его боялась.
Кэлен улыбнулся и покачал головой. Утром она проснется с ужасным похмельем и будет гадать, какого черта произошло с ней накануне.
Как человек, не лишенный совести, он не захочет взять то, что принадлежит ему по праву, пока она не будет готова отдаться ему.
Он лег рядом и укрыл ее и себя тяжелой меховой шкурой. Глубоко вдохнул запах ее волос, с наслаждением ощущая тепло женского тела.
Пробормотав проклятие, Кэлен отвернулся. Еще немного, и он потеряет самообладание.
Но к его полному расстройству, она что-то пробормотала во сне и прижалась так тесно, что в эту ночь ему было не до сна. Прошло немало времени, прежде чем его веки сомкнулись.
Глава 2
Кто-то или что-то сидело на голове Рионны.
Рионна с трудом вынудила себя открыть глаза и немедленно об этом пожалела. Хотя было темно, даже легкое движение причиняло ужасную боль.
Постепенно Рионна сообразила, что рядом лежит очень теплое мускулистое тело и что сама она в одной рубашке.
Проведя ладонью по торсу, она поняла, что полотняный бинт по-прежнему на месте: очевидно, муж был не слишком любопытен и не понял, насколько полны ее груди.
Рионна порылась в памяти, пытаясь вспомнить, что случилось накануне. Последнее, что она помнила — как стояла перед окном в комнате Кили.
А теперь лежит в постели рядом с мужем.
Считается ли брак состоявшимся, если она ничего не способна вспомнить? Разве при этом она не должна была оказаться раздетой? Кили и Мэйрин ничего об этом не говорили.