Я не напрашивалась. Я пыталась вас отговорить. И ехать никуда больше не собираюсь.
Потянулась к ручке, но он меня остановил, нагло водрузив ладонь на колено.
— Значит, плохо пыталась. Саша, пусть мы едва знакомы, но оставлять тебя одну в трудную минуту я не намерен. А учитывая, что после печальных событий тебе никто ни разу не позвонил, — мужчина многозначительно кивнул на зажатый в моих пальцах мобильный телефон, — и уж тем более не отвёз домой, спорить нам больше не о чем.
С этими словами мой недавний знакомый вальяжно выбрался из машины, а я решила, что он прав.
Словно во сне ставлю ногу на асфальт и выбираюсь из машины. Приближаюсь к багажнику, дверца которого предусмотрительно распахнута.
До моего слуха доносятся короткие обрывки разговора.
— Мне и так есть, чем заняться. За сегодня нужно ещё несколько точек проверить. Ты шутишь? Меня от этих писулек уже скоро тошнить начнет!
Прекрасно. У человека работы вагон и маленькая тележка. А исходя из этого разговора — не такая уж и маленькая.
— Сам с начальством разбирайся. Вернусь ближе к вечеру. Что хочешь. Отбой.
Раскрываю сумку. Уверенно тянусь к расчёске. Стягиваю с волос резинку и выкидываю её прямо под колеса чёрного автомобиля. Провожу несколько раз гребешком по длинным запутанным русым прядям.
Ну и что, что у меня, можно сказать, произошла жизненная трагедия? Кому есть до этого дело? Когда останусь в холодном одиночестве своей квартиры, тогда и поплачу. Поднимаю выше подбородок и начинаю чесать гладкий шёлк с особым злым остервенением. «Жизнь принимает за нас тяжелые решения». Бред. Мы сами виноваты во всем, что происходит с нами. Сами выбираем свою судьбу.
Откидываю волны за спину... какие-то пожеванные снизу… Влажными салфетками смываю пятна от слёз на собственных щеках.
— Вот. Другое дело. Мило выглядишь.
С раздражением и удивлением кошусь на мужчину.