Сказать, что мне это безразлично — глупо заниматься самообманом. Потому что внутри себя неожиданно почувствовал тонкие уколы какого-то ноющего и жутко надоедливого раздражающего чувства, способные погасить лучи радости, которые пронзают меня изнутри. А это действительно так, ведь Саша сейчас со мной, в моих руках, тает от моих прикосновений, и я приложу все усилия, чтобы в очередной раз не услышать её привычное неизменное «НЕТ».
Не желая давать ей времени углубиться в свои губительные размышления, пропускаю нежный шёлк её длинных волос сквозь пальцы, чуть оттягивая их назад.
Но сейчас чувствую лишь её трепещущее тело в моих руках. Саша откликается на любое прикосновение. Утыкаюсь носом в её шею и, намеренно прикусывая нежную кожу, спускаюсь чуть ниже к ключицам, одной рукой снова зарываюсь в её длинные волосы, оттягиваю ее голову назад и уже слышу прерывистое дыхание.
Девушка отрывается от моих губ, ощутимо меня отталкивая, и произносит то, что сейчас я меньше всего ожидал услышать.
— Следуй за мной.
Недоуменно смотрю ей в спину затуманенным взглядом.
Что, мать твою? Не «пойдём в спальню», не «давай переместимся на кровать», не «спальня дальше по коридору», не «идём, там нам будет удобнее», да любая самая глупая фраза будет звучать гораздо лучше, чем сухой и жёсткий приказной тон. «Следуй за мной». Я что, на собеседование приехал?
Нет, всё могу понять, её территория — её правила, но сейчас я чувствую себя каким-то безмозглым подростком, которому повезло и до которого снизошла богиня с небес.
Как бы не так.
Не раздумывая, «соглашаюсь» на предложение, инициатором которого стал сам, настигаю девушку уже у входа в спальню, резко поднимаю её на руки и холодно заявляю:
— Действительно, в спальне нам обоим будет удобнее. Саша, я должен сразу кое-что прояснить. Я хищник, а не падальщик, и на то, что перепало, обычно не ведусь.